Ливень прибил пыль, после грозы легко дышалось, но мелкий дождь продолжал накрапывать из рыхлых туч, нудно и монотонно, в лужах на обочине пулькались пестрогрудые дрозды. Несчастный, вымокший и забрызганный грязью гепард, сердито сопя, свернулся у ног, тяжелый хвост недовольно стучал по днищу. Радж поднял голову к небу, глотая заструившиеся по лицу прозрачные капли — ни просвета, друзья продолжали ехать по скользкой дороге, в ненастье меньше шансов наткнуться на патрули. Колеса проваливаясь, оставляли глубокую колею, наматывая и разбрасывая липкую грязь, мелкие пузыри в придорожных лужах сулили долгую непогоду. Ничего, соскучившаяся по дождям раскаленная земля быстро выпьет влагу.
Пограничные земли, хотя война на них отгорела уже с десяток лет, в основном пустовали. Несмотря на это старались объезжать редкие селища, благо степь широка, не подъезжали близко и к стадам скота.
Во время одного из таких объездов дорогу на восток перекрыла глубокая балка — ржавый глинистый овраг, лишь местами поросший терновником, как кровавая рана разрезал тело степи на много поприщ. Недавний ливень и здесь натворил дел, к краям подходить было опасно, намокая, они обваливались на дно, ещё недавно по нему бурлила, сбегая вода, сейчас же лишь булькала вязкая жижа. Пришлось поворачивать обратно.
На стоянках продолжали тренировки древковым оружием, Радж натаскивал возницу, попутно оттачивая и комбинируя перенятые у Такема приёмы. У обоих за спинами висели боевые шесты, Вяхирь, по примеру друга, также много времени проводил, вращая данду.
Жеребцы Раджа поначалу гоняли чужих меринов, хотя те пытались подружиться. Зло вскинув голову, прижимали уши и били передними копытами, недовольно визжа, или взбрыкивая задом, дергали ногой — «Держитесь от нас подальше». Но постепенно страсти улеглись, да и силы на раздоры не оставалось и теперь животные мирно паслись рядом под присмотром Суслика.
Полдня занимались ремонтом колеса, поломка была пустяковая — треснул обод, и переломилась спица трофейной повозки, но пришлось варить клей и вытесывать деталь из крепкого, хотя и сырого дерева, а в степи его найти не просто.
Заодно решили поохотиться на берегах степной речушки. Вспугнув в камышах кабанов, взяли двух крупных поросят, одного из них добыл гепард, визгу было — на всю округу.
Поутру промокший Радж, пригибаясь, поднялся на холм, поросший розово цветным кипреем, вытянувшемся на старой гари. Раздвинув стебли, стал оглядывать берега, зябко ежась под порывами холодного ветра, искал, где удобно и безопасно переправится. Заметив его, из соседних зарослей узколистного краснотала подала голос, тоненько прощебетав, горихвостка.
Напоенная недавним ливнем мелкая речка поднялась и бурлила, мутный поток вихрился пеной вокруг торчащих гнилых растрескавшихся бревен — давних опор моста.
Пошел на тот берег первым, ещё раз обведя взглядом потемневшие от влаги холмы, моросящий дождь холодил плечи. Пробравшись через мокрый бурьян, скользнул по глинистому спуску и без всплеска вошел в воду, пузырившуюся от дождя, преодолевая течение, быстро пошел вперед, высоко держа перед собой данду, местами погружаясь по пояс; Вяхирь наблюдал за окрестностями с пригорка, держа снаряженный лук.
Размесив копытами и ногами вязкий берег брода за несколько раз перебрались с конями через речушку, колесницы, сняв оглобли, перетащили на плечах, заодно отмыв потом заляпанные летевшей от копыт глиной короба. Поглядев на мнущегося перед водой в грязной пене гепарда, Радж подхватил на руки и его.
Дождавшись темноты в укромном распадке, развели костер, расщепив топором поваленный бурей ствол сосны и добравшись до его сухой сердцевины, подсушили одежду и поели горячей похлебки. Суслик блаженно жмурился, лежа у огня. Трещал козодой, вдалеке глухо ухала сова, над головами надоедливо зудели комары.
Поодаль чутко дремали уставшие за день кони.
Радж, отряхнув древесную труху и сухие иголки с лица и рук, подбросил в костер сучья; усевшись на комель, задумался, он понимал, что как они не таятся, а домой удастся попасть, только миновав узкое горлышко пограничного перевала. Крепостцу они тогда сожгли, но без пригляда ишкузи рубеж не оставляли. Надежда была на то, что последние мирные годы расслабили стражей.
Пробиваться на родину решили следующей ночью.
Поутру небо опять хмурилось, готовое вновь разродиться дождем. Выбравшись из распадка, друзья наткнулись на две лениво ехавших колесницы. Радж мгновенно ухватился за лук, отработанным движением натягивая тетиву. В себе он был уверен, у него были очень хорошие учителя, да, что там — лучшие! И парень надеялся их не посрамить. Но вот Вяхирь — ему не выстоять не в единоборстве, ни в перестрелке с опытным марья.
Глядя на приближающиеся повозки, мелькнула мысль: «Войны нет, может удастся разъехаться миром. Если не получится, нужно свести дело к поединку. Благородные воины обычно соблюдают кодекс чести, прописанный в законах первопредка Ману».