Первой ехала колесница Мышонка, его возница был невысокого роста и худой, как щепка, что не удивительно, если бы его сложение было под стать Гору, они бы не поместились в повозке.
Юноша издали заметил могучую фигуру отца, ветер раздувал его сильно поседевшие пряди.
Люди вышли навстречу их отряду, на скалах наверняка были наблюдатели.
Рядом с Симхой стоял высокий стройный парнишка, что-то знакомое проглядывало в чертах его красивого лица. Радж с любопытством окинул взглядом младшего сына Жеребху, тот с волнением смотрел на его отца, пытаясь заглянуть в глаза. За эти годы они сильно сблизились, чтобы выжить среди чужих, заложнику, почти ребенку, приходилось приспосабливаться к жестким условиям, а Симха оказался чуть ли не единственным, кто оказывал ему реальную поддержку.
Первые два года пати держал его при себе — лично готовя к воинской стезе. Незаметно они привязались друг другу, что и не мудрено — Симха проводил с заложником времени намного больше, чем с родными детьми. Парень, звали его Яром, рос крепким и сообразительным, последние годы он проходил обучение в ближней стае, там, где прежде были Пирва и Радж.
Поскольку вокруг стояло много народу, юноша сойдя с повозки, церемонно поклонился широко улыбающемуся вождю, вывалив из мешка две головы, окружающих окатило смрадом полуразложившейся мертвечины, но никто и не поморщился; горделиво выпрямился, демонстрируя блестящую на солнце гривну ратэштара. Подумал о Карви — видела бы она его сейчас.
Симха нахмурился, даже к головам врагов нужно относиться с уважением. Сын вырос без него, какие правила и мысли вложили в его голову чужаки?
Вождь привычно сдерживал эмоции, но сердце переполняла гордость, его прошедший Посвящение мальчик выглядел, как юный бог, старше своих лет — шестнадцать зим ему исполнится этим летом, но после солнцестояния. И уже не так напоминал покойную мать потвердевшим лицом, разве что глазами и волосами.
Праздновать возвращение сына решили в поле, Симха с друзьями удачно поохотились — завалили степного тура. С телегами, чтобы доставить тушу в лагерь возиться не стали, решили ехать сами
к месту охотничьей удачи, благо не так далеко. Когда подобрались к добыче, больше всех радовался Суслик — он никогда не видел такую гору мяса. Черная туша быка лежала в редкой траве, зарывшись одним из огромных рогов при падении в землю, две стрелы почти по оперенье торчали из правого бока — наверняка работа могучего отца. Пара оставленных людей подтаскивала топливо для костра, за разделку они толком не брались, только с трудом выпотрошили зверя, вырезали вывалившийся язык и начали обдирать шкуру с одной стороны. Совместными усилиями перевернули тушу, что тяжелее веса десяти мужчин и закончили разделку.
За это время никто не мешал общению отца с сыном.
Люди по-походному — на корточках располагались у костра. Радж сидел по правую руку от вождя, заложник по левую, держась настороженно и отчужденно. Достали сбереженный бочонок пива, торжественный Симха высоко поднял чашу.
— Сегодня у меня великий день. Испокон веков пращурами завещаны нам священные законы, главный из которых — верность роду. А его опора и защита — мы, люди силы. И я рад и горд, что мой сын вступает в ряды ратэштаров — защитников племени и стражей границы, делом доказав, что достоин этого.
Под восторженные вопли воинов опустошил чашу до дна, перевернув, показывая, что на дне не осталось ни капли. Окружающие последовали его примеру.
Растроганный торжеством момента юноша выпил пива из своей чашки, в серебре которой совсем недавно густела человеческая кровь. Он предпочел бы вместо теплой кислятины, если уж не вина — его ему доводилось отведать редко, то привычного за жизнь в степи кумыса, но пил что дают не кривясь. Нашел глазами в дальнем конце Вяхиря, но хорошо, что вообще посадили с заслуженными воинами, тот, улыбнувшись, поднял чашу.
Суслик, испуганный суетой и повышенным вниманием множества народа, попрыгав вокруг поверженного степного исполина, забрался в свою повозку и наблюдал за пасущимися неподалеку Хеманом с Арушей.
Вообще гепард держался с достоинством, не позволяя приближаться посторонним, одного парня даже цапнул за руку. Исключение сделал лишь для Мушики — он с интересом присматривался к этому великану, наверное, ощущая исходящую от него добрую силу, и даже позволил пару раз недолго погладить.
Воранги Ястреба как то странно поглядывали на Раджа с гепардом, в их племени ходило древнее предание о приходе сына бога — героя с пятнистым хищником.
Спиртного было маловато, зато мяса можно было есть вволю, воины жевали полусырую жесткую говядину крепкими, привычными к грубой пище зубами, отрезая куски ножами перед самыми губами и носом. Позже принесли котел с варевом из бычьего языка, печени и кусками очищенного от кожи хвоста вместе с черемшой, корнями лопуха, молодыми побегами репейника и другой съедобной или пахучей травкой. Раджу, как главному герою торжества, с шутками и прибаутками по поводу скорой женитьбы, положили деликатес — вареные бычьи яйца.