Целью набега выбрали приграничную крепостцу — в ней сидел старый соперник Магха Рагин. В своё время они попортили друг другу много крови. Большой войны не было почти два десятка зим, но мелкие стычки в приграничье не прекращались никогда — угоняли стада, крали невест.
Чтобы застать врага врасплох на рассвете ускорили ход, к утру подобрались к укреплению, спустившись на веревках со скалы, с самой неприметной стороны, откуда и троп то никаких не шло. Огляделись. Сквозь пелену утреннего тумана проступали контуры малой крепости, оседлавшей приграничную дорогу. К твердыне вел единственный пологий въезд, защищенный крепкими воротами и самыми высокими стенами, с других сторон — крутые обрывы увенчанные частоколом. Рва не было.
Отряд молча разделился на две группы, видимо, всё было обговорено заранее. Одну направо увел Магх, Радж с Пирвой остались во второй, сидя в кустах напротив самого высокого участка стены и ожидая сигнала в компании с Окунем и другими воинами.
Внимание ребят привлек сидящий рядом здоровенный ратэштар с лысым черепом и бородой, густой и бурой, как медвежья шерсть. Левый глаз мужчины был полуприкрыт из-за шрама, перечеркнувшего половину выпуклого лба и раздвоившего бровь, похоже, кончиком секиры зацепило. Несмотря на устрашающую внешность, громила почему-то вызывал симпатию.
Воин подмигнул парням, будто ниоткуда в его огромной ладони оказались два, гладко ошлифованных, мраморных шара, принялся ловко жонглировать ими одной рукой.
Радж понял, что шары не для забавы, если этот здоровяк запустит ими в голову, ни один череп не выдержит.
Неподалёку раздался тоскливый волчий вой, это Магх подал сигнал, мастерски подражая зверю.
Убедившись, что стена на их пути пуста, на штурм рванула передовая группа с веревками. Сквозь редеющую туманную дымку вперёд вырвался высокий парень, голый по пояс, на шее сверкнула гривна ратэштара; в каждой руке по топорику, на конце обуха — острый бронзовый штырь. Попеременно втыкая их в грунт, он быстро карабкался по крутому склону, цепляясь ногами за малейшие неровности.
Рядом поднимался чернобородый мужчина постарше, используя для подъёма кинжалы. Два лучника, с натянутыми тетивами и наложенными на них стрелами приглядывали за стеной.
Первый лез уже по бревнам частокола, всё также раскачиваясь на топорах, с глухим стуком поочерёдно врубаясь в дерево. Подрагивающий от волнения Радж никогда не видал такой ловкости при подъёме, сразу же возникла завистливая мыслишка «Хочу так же!». И вот воин уже перебрался через стену, разматывает верёвку, открылся его красный, в серебряных бляхах, пояс. Немного отставший второй, чуть было не сорвался с обрыва, когда один несильно вбитый кинжал соскользнул, царапая дерево, но мужчина сумел удержаться на одной руке, по изогнувшемуся телу зазмеились тугие мышцы.
Не выронив кинжала и вонзив лезвие сильнее, он использовал его как опору для ноги и, зацепившись рукою, перебросил себя через частокол. Сбросили верёвки, закрепив за колья, бойцы стали споро подниматься вверх, лезший по второму канату выдернул из стены кинжал, запрыгнув на настил, передал хозяину. Двое лучников по-прежнему не отрывали взглядов от стены. Стремительно светало. Окунь хлопнул по плечу Пирву, жестом показав «Пошли», Радж привычно стал подниматься на руках, радуясь, что не стал обузой. У соседней веревки замешкался Пирва, не зная, куда пристроить копьё, подбежавший Окунь забрал древко, подтолкнул в спину. Лучники, убрав своё оружие в колчаны, увязывали в связку копья товарищей свободным концом второй веревки.
Поднявшиеся воины, пригнувшись, распределялись по стене. Разобрав поднятые копья, побежали по настилу к ближайшим сходням. Мальчишки бросились за ними следом, но на пути встал Окунь, предостерегающе подняв ладонь, шепнул «Смотрим за стеной». Пошли по настилу в другую сторону, наткнулись на труп стражника с двумя торчащими стрелами — одна в горле, другая в груди. Радж подобрал валявшееся рядом копьё. Из приоткрытой двери деревянной башни в свете восходящего солнца багровели потёки крови. Снизу донеслись лай собак и тревожные крики.
— Тёпленькими взяли — уже громко сказал Окунь и торжествующе ухмыльнулся.
Магх, вместе с Ашаром и ещё одним ратэштаром Марутом снизу из кустов наблюдали за передвижениями стража. Наполовину скрытый оградой, тот медленно ходил с длинным копьём по настилу, без шлема, позёвывая и часто отводя свободную руку назад. Жопу он там чешет, что ли? Предрассветный час — самое трудное время для вахты.
К воротам соваться не стали, сторожевые псы поднимут раньше времени переполох.
Магх натянул уже снаряженный лук с наложенной стрелой, кивнул Маруту, одновременно с ним спуская тетиву, тело стража с глухим стуком упало на настил. Не зря этого длиннорукого, с мощной спиной лучника называют Мара Марутом — Ветром Смерти. Да и сам не промахнулся. По-прежнему тихо. Ну, мы это сейчас поправим — завыл волком.