Но при этом все понимали, что скрывать их открытие преступно.
— Возможно, мне действительно нужно сдаться, — протянул Бен.
— Сейчас они тебя убьют, потому что ты — беглый взорвавшийся олдбаг, — тихо ответила Беатрис. — Сейчас нужно скрыться, как мы хотели, но теперь, видимо, не навсегда. Пересидим опасное время, придумаем следующий ход и вернемся.
— Пожалуй, ты права, — поразмыслив, согласился Орк.
— Она всегда права, — неожиданно произнес Гарибальди. — Впрочем, сам скоро узнаешь.
И удостоился очередного выразительного взгляда от девушки. Очень выразительного взгляда.
Если бы у Карифы спросили, какое чувство чаще всего испытывает оперативный сотрудник GS, она, не задумываясь, ответила бы: дежа-вю. Потому что реальная жизнь сильно отличается от той череды головокружительных приключений, которая демонстрируются в фильмах о храбрых специальных агентах. В реальной жизни это бесконечные часы тренировок в одних и тех же залах и тирах, долгие и унылые поездки в абсолютно одинаковых изнутри фургонах, в привычных, тысячу раз виденных боевых комплексах и безликих fullface-шлемах. И дежа-вю — самое естественное, что может возникнуть в таких обстоятельствах.
Главное — не думать о том, что все эти тренировки и поездки будут продолжаться до пенсии, что именно они и составляют твою жизнь.
Сейчас, к примеру, Амин и ее агенты сидели на неудобных жестких лавках в серой десантной капсуле без окон, держали между ног "зунды", смотрели друг на друга и слушали Конелли. Рейд снова получился внезапным: оператор поднял группу по тревоге, сообщив, что цель ненадолго вернулась в Нью-Йорк, и теперь излагал детали предстоящей операции.
— Как его зовут? — переспросил Захар.
— Освальд Гарибальди.
— Как говорящего кота?
— Кота звали Гарфилд.
— А этого?
— Гарибальди.
— Как итальянца, — сообщила красноволосая.
— Какого итальянца? — уточнил любознательный Захар.
— Не важно, — отмахнулась Рейган. — Просто — итальянца. Неужели тебе недостаточно?
— Это его настоящее имя?
Амин прыснула.
— Я должен знать, — серьезным тоном произнес Захар, и было решительно непонятно, шутит он или действительно жаждет получить дополнительную и не особенно важную для него информацию.
— Зачем тебе знать? — осведомилась Рейган.
— Потому что хочу.
— Если позволите, я продолжу, — сухо произнес Конелли. — Вы скоро будете на месте.
— Это его настоящее имя?
На этот раз Карифа решила не вмешиваться, и не дождавшийся поддержки оператор наконец-то ответил:
— У нас, итальянцев, не бывает ненастоящих имен, мы слишком себя уважаем.
— То есть тебя действительно зовут Конелли?
— А что?
— Я думал, что, поступив на службу в GS, ты приобрел звучный псевдоним.
— Захар, заканчивай, — велела Амин. Она знала, что задетый итальянец способен ругаться часами.
— Есть, мэм.
— Конелли, продолжай.
— Есть, мэм.
Карифа покачала головой, промолчала, но отметила про себя, что за последний месяц отношения внутри их маленького отряда существенно изменились.
Получив щедрое, а главное, гарантированное предложение, ребята испытали прилив воодушевления, заработали с энтузиазмом, проявляя разумную и полезную инициативу, но при этом отношение к руководителю у Захара и Конелли стало более официальным, без намека на внутреннее тепло, которым их маленький коллектив мог похвастаться всего несколько недель назад. Захар и Конелли понимали, что личный контракт Карифы сильно отличается от их договоров, что по окончании проекта Амин взлетит очень высоко, и отстранились, четко обозначив черту, которая их разделила и которая постепенно превращалась в пропасть. И только Рейган продолжала цепляться за подругу, надеясь, что после окончания проекта все останется как есть.
Поначалу Карифу происходящее задевало, ей казалось несправедливым, что друзья таким образом отнеслись к предоставленному ей шансу, но постепенно девушка смирилась, сказав себе, что это будет не первая и не последняя потеря в ее жизни.
— Конелли, есть еще информация о цели?
— Кое-какая есть, — ответил итальянец.
— Продолжай, а то скучно.
— Мы вышли на Гарибальди случайно, его сдал клиент…
— Впервые слышу, чтобы клиент сдал специалиста такого уровня, — пробормотала Рейган.
— Обычно их клиенты не попадаются, так что нам повезло вдвойне, — объяснил оператор. — Парень, которому Гарибальди сделал новую "балалайку" и новую рожу, оказался однолюбом и подкатил к собственной жене. Наши его взяли, как следует надавили, он "поплыл" и стал "петь". Рассказал обо всем, что знал, и в том числе сдал хакера, сделавшего ему идеальный чип. В GS, естественно, переполошились, поскольку "балалайка" клиента прошла все возможные проверки, и объявили большую охоту. И только тут выяснилось, что никакой информации об Освальде в базах данных нет. Фактически мы знаем только его имя.
— Как такое возможно? — удивилась красноволосая.
— Это означает, что наш парень — хакер высочайшего уровня, — отозвался Захар.
— Умный и осторожный, — протянула Амин.
