– Например, зайти в бар и заказать пива. – Рудольф указал на деревянную вывеску в форме рыцарского щита, висевшую на кованом кронштейне. – Ты когда-нибудь пробовала пиво?
– Шутишь? – Барбара шмыгнула носом. – Я работала официанткой в «Хмельном гусе»!
– Значит, идём. – Рудольф решительно взял девушку за руку и потащил к пивной.
Тонкая чёрная линия делила деревянный щит на четыре квадрата. В одном была изображена пивная кружка, а в трёх других – мышка, птичка и колечко жареной колбасы. Гадая, какое отношение к пиву имеют мыши, Барбара следом за Рудольфом спустилась по узкой каменной лестнице, так похожей на ту, что вела в семейный ресторан пана Гесса. В небольшом зале, освещённом тусклыми, стилизованными под старину фонарями, пахло пивом и жареным мясом. Барная стойка, массивная деревянная мебель ручной работы, рыцарские мечи и оленьи рога на стенах – всё здесь было настолько знакомо, что у Барбары защемило сердце.
Посетителей оказалось немного, и Барбара с Рудольфом заняли свободный столик в дальнем углу зала. Здесь царил уютный полумрак, а вешалка с куртками загораживала их от прочих гостей. Почти сразу к ним подошла юная официантка в традиционном баварском костюме и положила на стол два меню, распечатанных на крафтовой бумаге. Как гласила надпись наверху листа, пивная называлась «У старины Томаса». Чуть ниже имелась пометка: «seit 1909»[5].
– Нам два фирменных светлых, пожалуйста, – сказал Рудольф, пробежавшись глазами по меню. – Барбара, ты хочешь есть?
– Не-не. – Она отрицательно замотала головой. – Сначала надо переварить новости. Пока не справлюсь с этим, о еде и думать не смогу!
– Значит, просто два пива.
Официантка удалилась, а Барбара произнесла, глядя на исцарапанную столешницу:
– Зря ты…
– Зря не настоял на том, чтобы взять к пиву какой-нибудь закуски? Да, боюсь, с таким подходом мы рискуем напиться…
– Ты должен был оставить меня. Я обещана демону, понимаешь? И это никак не изменить.
– То есть я столько лет тебя искал, чтобы вот так бросить посреди незнакомого города? Мол, разбирайся сама со своими проблемами, так?
– Что? – Барбара не поверила своим ушам. – Ты… искал меня?
– Разумеется. – Рудольф откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Он умел быть ехидным и острым на язык, но сейчас в его тёмных глазах под насупленными бровями не было и тени насмешки. – А разве это и так не понятно?
– Вообще-то нет, – растерянно пробормотала Барбара. – Это я планировала найти тебя. Собиралась сделать это сразу же, как уйду от мамы.
Рудольф лишь пожал плечами.
Сложно сосчитать, сколько раз Барбара просыпалась посреди ночи, потому что ей приснился один и тот же кошмар. Нет, в нём не было ни красноглазых рогатых демонов, ни отца, похожего на графа Дракулу. В этом сне Барбара шла по незнакомой улице, сжимая в кулаке листок с адресом. Отыскав нужный дом, она заходила в подъезд, поднималась по лестнице и стучала в дверь. Иногда ей открывала девушка, которая представлялась женой или невестой Рудольфа, иногда сам Рудольф. Он не узнавал Барбару, лишь смотрел на неё без всякого интереса и захлопывал дверь. Во сне она ощущала себя жалкой и ненужной, а просыпаясь, первым делом переворачивала подушку сухой стороной вверх. «Он давно нашёл другую. Он забыл тебя». Барбара ухитрялась не зацикливаться на этих мыслях днём, а вот ночью это оказывалось куда сложнее.
Увозя четырнадцатилетнюю (а на деле – шестнадцатилетнюю) Барбару из Серебряного Ручья, фрау Вернер первым делом забрала у неё телефон и демонстративно выбросила его из окна автомобиля: «И думать забудь об этом мальчишке! Больше вы не увидитесь! А замечу, что ты ему пишешь, запру до конца дней!» Спустя несколько месяцев мать немного расслабилась, перестала следить за каждым её действием и даже разрешила пользоваться интернетом. Барбара вполне могла отыскать Рудольфа при помощи соцсетей… но не стала этого делать. Она даже ни разу не гадала на него, а всё потому, что безумно боялась. Ей было страшно увидеть статус в социальной сети или выложить на стол карту, означавшую, что у Рудольфа появилась другая. «Когда придёт время, мы увидимся», – так она решила. Кто бы мог подумать, что это произойдёт в комнате для допросов.
– А зачем ты меня искал? – осторожно поинтересовалась Барбара.
– Знаешь, буквально через несколько дней после того, как ты уехала из Серебряного Ручья, выпал первый снег. – Возможно, Рудольф не хотел отвечать на прямой вопрос, а может, решил начать издалека. – Всю зиму я смотрел на него из окна больницы.
– Что?!
– Отец неслабо избил меня, спасибо покойной фрау Вернер. – Выражение лица Рудольфа стало задумчивым. – У меня было сотрясение мозга, внутреннее кровотечение, разрыв селезёнки и несколько переломов. Я не поднимался с койки три месяца. Отец за это время окончательно спился и умер прямо в мой день рождения. Такой вот подарок на совершеннолетие.
– О боже… – выдохнула Барбара. – И что ты сделал?
– Вступил в наследство и первым делом продал виноградники семье Феликса. А вырученные деньги пустил на переезд и учёбу.
– Из-за меня ты мог умереть!
