Матиас всегда прибегал к одним и тем же доводам, но после пережитого в последнее время Талин смотрела на вещи по-новому. Теперь она была уверена, что проживает рядом с ним не свою, а чью-то чужую жизнь. Она вздохнула с облегчением, узнав, что завтра он улетает в Бразилию. Отныне она точно знала одно: так продолжаться не может.
Молодая женщина проснулась с криком. После того как Матиас накричал на нее за то, что она его разбудила, она ушла в гостиную и не выключала свет весь остаток ночи.
Талин рассматривала свое лицо в зеркале. Неоновый свет в ванной подчеркивал все мелкие недостатки, которые она обычно маскировала. В зеркало она смотрелась очень редко и показалась себе грустной. Особенно глаза выглядели погасшими, тусклыми, безжизненными. Она изменила освещение и накрасилась, пытаясь получить от этого удовольствие. Сегодня она делала это для себя, а не по команде Матиаса. Когда она красила ресницы, ее взгляд ожил. Молодая женщина вернулась в спальню, чтобы выбрать одежду на вечер, перемерила несколько нарядов, но ни один ее не устроил. Ее целью было не понравиться, но почувствовать себя комфортно. Она выбрала бледно-зеленое платье до щиколоток с тонкой каймой из черных кружев и босоножки на низком каблуке. Ее вьющиеся волосы дополнили образ немного дикарским штрихом. Она распылила амбру Ноны над собой, и облако аромата осело на нее мелкими капельками. На несколько секунд почувствовалось присутствие бабушки… Она закрыла глаза, чтобы проникнуться ароматом. Ресторан, выбранный Антоном, предлагал блюда армянской и ливанской кухни. Он был расположен недалеко от улицы Блё, в 9-м округе Парижа. Талин прошла мимо восточных лавок, куда Нона иногда водила ее, когда она была ребенком. Маленькие и низкие, они ломились от товаров, Талин недоумевала, как это все умещается в такой тесноте. Продавец с тщанием и вниманием Мэри Поппинс следил, чтобы все подавалось из кладовой без задержек. В памяти всплыла тахини, паста из протертых семян кунжута с сильным и своеобразным вкусом. Молодая женщина остановилась в нескольких метрах от ресторана. Что она здесь делает? Она собирается ужинать с мужчиной и знает, что это не просто дружеская встреча. Матиас был в Бразилии – уже легче, – но она чувствовала себя виноватой, что пользуется его отсутствием. И все же не могла не радоваться: она делала то, что ей хотелось, и не должна была ни перед кем отчитываться. Она вошла в ресторан с опозданием на несколько минут. Все столики были заняты. Она огляделась, но Антона не увидела.
– Добрый вечер, мадам, чем я могу вам помочь? – спросил ее официант.
– У меня встреча с Антоном. Я не знаю его фамилии.
Официант заглянул в свой список и покачал головой.
– Прошу прощения, у меня нет брони на это имя.
Может быть, она перепутала день? Она посмотрела свои сообщения, но встреча была действительно назначена на сегодня. Она поняла, что ее продинамили, и, разозлившись, направилась к выходу. С какой стати она согласилась на этот ужин? Какая дура! Она вышла, дверь ресторана захлопнулась за ней, заглушив голоса и смех. Пошел дождь, она поколебалась, не вернуться ли под крышу, но зашагала дальше под потоками воды, пытаясь успокоиться. Мимо проехало такси, она подняла руку и ускорила шаг, чтобы укрыться от дождя. Когда она открыла дверцу, чтобы сесть, чья-то рука удержала ее. Она обернулась. С Антона текла вода.
– Ты бы так и уехала? – спросил он.
– Тебя не было.
– Быстро же ты отступаешь.
Антон поблагодарил шофера такси, и тот, выругавшись, уехал. Талин послушно пошла за Антоном в ресторан. К ним подошел официант.
– Надо было спросить Вика, – сказал он.
Она повернулась к Антону, недоумевая.
– Викарян, это моя фамилия. Все зовут меня Вика.
Он повел ее на второй этаж, где, кроме них, никого не было. Они сели за столик в нише. Антон принес два полотенца, и они вытерлись, смеясь над своими злоключениями. Талин стало необыкновенно хорошо. Смех и голоса из нижнего зала долетали до них, но они находились как будто в капсуле. Она посмотрела на Антона. Густые темные волосы обрамляли его лицо с резкими чертами. Темные глаза, теплые, смеющиеся, улыбка, открывающая безупречно ровные зубы, сильные руки… Его кожа, местами иссеченная морщинами, говорила о том, что он немало пережил.
– У тебя сегодня новый парфюм, – сказала она.
Он посмотрел на нее удивленно.
– Действительно.
– Я его не узнаю.
– Угадай! – с вызовом бросил он.
Она закрыла глаза и попыталась распознать аромат.
– Есть сандал и пачули.
– Возможно…
– И еще ладан… Хорошее равновесие между высокими и теплыми нотами…
