Товарищи по руководству Артеком и не подозревали, что именно в этот момент зарождается уникальная лагерная культура – кричалки. Что очень скоро короткие, ритмичные речёвки станут частью Артека и будут поднимать командный дух.
Руководители лагеря с вдохновением продолжили выдавать креатив, как сказали бы в наше время. Соловьёв предложил коллеге съездить в Симферополь и донести до руководства Исполнительного комитета, что лагерь активно развивается и детям нужны не только муштра и пропагандистские лозунги, но и солнце, воздух «да в море с разбега». Шишмарёв с воодушевлением поддержал эту идею. Затем коллеги взглянули на шахматную доску и, решив не вдаваться в подробности, кто выигрывает, крепко пожали друг другу руки и согласились на ничью. Фёдор Фёдорович отправился готовиться к важной встрече с руководством ЦИКа – так назывался Центральный исполнительный комитет СССР, от которого зависело любое решение.
Размышляя о поездке в Симферополь, Фёдор Фёдорович Шишмарёв мог рассчитывать на успех. Он был доктором, известным и в Санкт-Петербурге, и Крыму. Работал с Красным Крестом, заведовал здравотделом в Гурзуфе и санаторием для красных командиров. Когда ему предложили возглавить Артек и стать его директором, он взялся за дело с душой. Как врач следил за здоровьем детей, а как организатор – делал так, чтобы ребятам было интересно и комфортно. Его очень любили и дети, и вожатые. Он был спокойным и добрым, никогда не кричал, но мог одним строгим взглядом навести порядок. Зная это, Зиновий Петрович не сомневался, что и руководство ЦИКа прислушается к его словам.
В палаточном лагере, куда Тамара привела Митю и Андрея Андреевича, её сразу окружили и начали что-то бойко рассказывать пионеры. «У неё, похоже, тут свои фанаты», – промелькнуло в голове у Мити, и он даже почувствовал гордость. Если бы сейчас был интернет, у прапрабабушки мог бы быть популярный блог!
Пока Тамара разговаривала с артековцами, Митя пытался втолковать Птичкину, что надо сделать, чтобы Дерево вернуло их обратно.
– Всё дело в часах, которые в нашей семье передаются из поколения в поколение! Они были потеряны ещё до создания Артека, потом какой-то артековец их нашёл и вернул Тамаре...
– Слышал я эту байку, что-то там нашли в Каменном селе...
– Вот! Эти часы папа подарил мне на день рождения, а я поссорился с родителями и разбил их. И теперь мне надо это исправить. Дерево отправило меня сюда, чтобы я вернул их целыми, понимаешь? Видимо, часы и есть ключ.
– То есть ты попросил помирить тебя с родителями, и Дерево дало тебе эту возможность, – в голове Андрея Андреевича закрутились свои мысли. – А я загадал стать директором, и здесь все считают меня важной шишкой. Так это и есть удочка! Тут-то я директором и стану.
Заметив Соловьёва, который появился неподалёку, хитрый Птичкин сделал глубокий вдох, втянул живот, хлопнул Митю по плечу и побежал к Зиновию Петровичу. Увидев «пламенного оратора», Соловьёв заулыбался:
– Вы знаете, мы сейчас с товарищем Шишмарёвым как раз обсуждали то, что вы сказали. Нам ваши мысли очень близки! Вы вселили надежду, что ЦИК нас услышит. Фёдор Фёдорович незамедлительно отправится в Симферополь и всё обсудит.
«Эх, жалко Шишмарёва, хороший мужик- то...» – подумал Андрей Андреевич, а сам сказал:
– Мне кажется, надо усилить руководство Артека. У меня наполеоновские планы, предлагаю обсудить.
– Отлично! – обрадовался Зиновий Петрович. – Только сначала предлагаю отобедать.
И махнул рукой в сторону тента, под которым за накрытым столом уже сидели пионеры. От такого предложения Андрей Андреевич никак не мог отказаться!
«Надо как-то выяснить про часы», – думал Митя, наблюдая за Тамарой. У неё в руках уже был красный пионерский галстук, который, как догадался Митя, предназначался для него. Когда дети вокруг неё немного разошлись, Митя подошёл и спросил:
– Тамара, простите, а сколько сейчас времени?
Тамара, сощурившись, посмотрела на солнце и ответила:
– Почти полдень.
Она накинула Мите на шею галстук и аккуратно завязала.
– Вот теперь ты знаешь, что такое настоящий пионер, – Тамара ласково улыбнулась.
Но у Мити были свой план, и ему нельзя было от него отступать.
– A y вас, что же, нет часов? – удивился Митя.
– Увы, нет, – подмигнула ему Тамара.
– А у нас, вы знаете, в семье были часы, которые передавались из поколения в поколение, но они разбились, – Митя явно проявлял способности искусного дипломата.
– Надо же! – воскликнула Тамара. – И у нас была такая традиция! Но, к сожалению, эти часы утеряны. Изначально они принадлежали моему предку...
– Великому генералу Неверовскому? – подхватил Митя.
Тамара с радостным удивлением посмотрела на мальчика:
– Верно! Широкий кругозор и эрудиция – это замечательно, Митя. Сразу видно, что ты много читаешь.
– Да, он ещё в 1812-м отступил из-под Красного к Смоленску...
– Это потому, что гусар Азаров успел доставить ему депешу, где сообщалось об обманном манёвре французов. И он смог героически отступить.
