Через некоторое время из квартиры вышел А́ртур. Панель на поверхности двери сверкнула зеленым – замок надежно закрыт. Прошел к лифту. Там стояла привлекательная шатенка.
– Доброе утро, Мэйд.
– Здравствуй, А́ртур.
Прозрачные двери лифта расступились. Визумы ступили вперед, встав точно за оранжевой линией на полу. Обычные люди в лифте стояли как удобно, не отрывая взглядов от гаджетов в руках.
На подземной парковке Мэйд последовала за А́ртуром. Она окликнула его, когда тот направлялся к своей машине. А́ртур обернулся.
– В твоей квартире живет обычный человек? – на ходу и без претензии спросила девушка.
А́ртур не выглядел удивленным. Сказал спокойно:
– Ее зовут Ники.
– Да, я знаю.
– Знаешь?
– Несколько дней назад мы случайно столкнулись с ней у твоей квартиры, – встав перед А́ртуром, сказала она. – Почему она живет с тобой? Она твой друг?
– У меня чувства к ней, Мэйд, – не сразу ответил А́ртур.
Девушка-Визум смотрела недоверчиво.
– О каких чувствах ты говоришь?
– Любовь.
– Это невозможно…
– И, тем не менее, это так, – заглянув в синеву ее глаз, сказал А́ртур. – Я не выбирал Ники осознанно. Это чувство к ней возникло и все.
– Визум не способен на это чувство.
– Это не так.
Мейд и А́ртур смотрели друг на друга. Молчание затягивалось.
– Что такое любовь, А́ртур? – тихонько вдруг попросила Мэйд. – Расскажи то, как ты понимаешь ее.
– Любовь не логична, – сразу сказал А́ртур, когда в его мыслях возникла Ники. – Она существует на уровне чувств и не поддается никакой точности. Для любви не существует расписания. Любовь это беспокойство. Это риск.
– Это хаос, – почти с ужасом проговорила Мэйд.
– И в этом хаосе существует лучшее из человеческих чувств, благодаря которому каждый мой день наполнен большим смыслом, чем когда-либо прежде.
Девушка выглядела задумчивой.
– Прости Мэйд, но мне пора…
– Постой, – позвала она, и А́ртур снова обратил к ней взгляд. – Ее чувства к тебе не так сильны, как твои к ней. Она обманывает тебя.
– О чем ты?
– Я видела ее с каким-то парнем. В машине. Она позволила ему себя поцеловать…
А́ртур недоверчиво качнул головой.
– Должно быть, ты ошиблась.
– Ошибки нет, – уверенно возразила она. – Сперва мы столкнулись с Ники у твоей квартиры, а через несколько часов я увидела ее с тем парнем в машине у цветочного магазина на пересечении улиц ЕР207 и YF026.
А́ртур ощутил неприятное давящее чувство и все равно не верил в правоту слов девушки. Должно быть, Мэйд что-то увидела, но поняла не так…
– Когда это случилось? – не выдав своих чувств, вполне спокойно спросил А́ртур.
– Восемь дней назад, та машина остановилась у магазина примерно в три.
– Восемь дней? – насторожился А́ртур. Обдумав немного, добавил: – Ники была в управлении в это время.
Мэйд осторожно уточнила:
– Она должна была быть в управлении или была?
В том, что связано с Ники так много волнений и беспорядка…
Взгляд мужчины стал тяжелым. Те чувства, что прежде он крепко держал под контролем, рвались наружу. А́ртур спросил Мэйд:
– Ты куда-то направляешься сейчас?
– В центр.
– Я подвезу тебя, если не возражаешь.
– Наверное, нет.
Мэйд наверняка ошиблась. А что, если, нет? Как бы там ни было, А́ртур хотел знать больше…
После полудня Ники предупредила А́ртура, что побудет с Анной до вечера. А́ртур был не против. Ему нужно было время на то, чтобы еще немного задержаться в управлении и по внутренней системе безопасности понять, что делала Ники в тот день, о котором говорила Мэйд. Была ли она в управлении? Если нет, то куда она ходила и с кем виделась? Но А́ртур столкнулся с проблемой…
А́ртур был неприятно озадачен, когда обнаружил на первый взгляд неочевидные следы сокрытия данных за нужный период. Что ж, у Ники было время заняться этим. Вот только, как она получила доступ? Кто ей помог в этом и, знал ли этот кто-то, в чем, собственно, помогает?
А́ртур пошел другим путем. Если следы передвижений Ники скрыты до трех часов дня, быть может, что-то обнаружится после этого времени. И оказался прав! Он смотрел в плоский экран монитора, глядя на то, как близ названного Мэйд цветочного магазина вырулил синий седан.
А́ртур остановил кадр и увеличил картинку.
Водитель скрывал за кепкой свое лицо, в некоторых деталях изменив внешность. Полицейская система «Гранд» не смогла его распознать, но А́ртур понял, что в водителе угнанного седана видел разыскиваемого Харлайла Сафура...
День был трудным для А́ртура. Он оставил в сознании мужчины глубокий тревожный след. А вот, вернувшаяся домой, через два часа после А́ртура Ники, была в хорошем расположении духа. На вопрос, как прошел день, А́ртур, спокойно отозвался:
– Хорошо.
Ники прошла сразу в кухню, на ходу рассказывая о встрече с Анной. Сперва она хмурилась, затем даже немного разозлилась, а потом снова улыбнулась. Но улыбка эта была рассеянной.
– Она мне будто не доверяет больше, – помолчав немного, вдруг сказала Ники. – Анна изменилась. Я чувствую это… Хотя, не бери в голову, скорее всего мне это просто кажется.
