Оправившаяся после болезни будущая мать сидела в мягких подушках и умиротворенно вышивала крошечную рубашечку, напевая колыбельную. Увидев Госпожу, Сирин поднялась и поклонилась, отложив иглу. На ее лице не мелькнуло ни тени тревоги. С трудом сдерживая желание немедленно придушить гадину, Эмине приветливо улыбнулась.
– Как ты себя чувствуешь, Сирин?
– О, благодарю вас, Госпожа! Уже гораздо лучше. Слава Аллаху, все обошлось. Лекарь сказал, что малыш в безопасности.
– Я принесла радостную весть. Господин желает видеть тебя в своих покоях сегодня на закате солнца.
Сирин счастливо ахнула и всплеснула руками.
– Подготовься получше. Надень самое красивое платье.
– Да, Госпожа! Конечно, Госпожа! О, как я признательна вам, Госпожа!
Эмине пристально наблюдала за девушкой и не могла понять – что это? Невероятное самообладание или полная потеря разума? Сирин как будто не ведала про отравление Арзу!
– Давай я помогу тебе подобрать одежду. Позови свою рабыню. Как ее… Кара, кажется?
– Я отправила ее с поручениями, Госпожа. Не беспокойтесь, я все сделаю как надо. Вам не стоит тратить на меня свое драгоценное время.
Эмине колебалась.
– И не забудь о монисто, которое тебе подарил Повелитель. Оно должно быть обязательно.
– Да, конечно, непременно, Госпожа!
И опять ни малейшего замешательства на прекрасном круглом личике. Открытый преданный взгляд, все те же умильные ямочки на щеках.
– Кстати, где оно? Почему ты его не носишь?
– О, я отдала его почистить, Госпожа! Буквально вчера. Золото потеряло блеск. Это очень кстати, не правда ли? Я немедленно пошлю за ним.
Эмине не верила своим ушам! Прожившая в гареме полжизни, до тонкостей освоившая правила закулисных игр, чуявшая опасность задолго до ее появления, она, наверно, не смогла бы так искусно разыграть подобный спектакль. «Может быть, я ошибаюсь? Кара оговорила свою госпожу? Но зачем?! Чем помешала Арзу одалиске, которой до султана, как до неба? Возможно, другая наложница решила с помощью рабыни подставить ни в чем не повинную Сирин?! И Кара обманом выманила у нее монисто, пообещав почистить поблекшее золото?»
В этом змеином клубке можно было ожидать чего угодно! И Эмине решилась. Она не будет дальше разбираться сама. Это слишком опасно: сегодня Эмине впервые до смерти испугалась мужа.
– Хорошо, я пришлю за тобой сопровождение, – кивнув на прощание Сирин, она вышла, оставив у дверей персиянки половину гаремной охраны.
Старшая жена отправилась к Повелителю.
Арзу мирно спала. Неотлучно дежуривший у девушки лекарь сообщил султану, что ее жизни ничто не угрожает. У Фатиха отлегло от сердца. Он полностью сменил охрану, выделив надежных людей из собственной свиты, и лично отобрал трех новых рабынь. Молоденькие ученицы, совсем недавно появившиеся во дворце, были не такими умелыми, как прежние, зато не имели никаких контактов в гареме. Пусть лучше его девочка будет плохо причесана, чем мертва. Сейчас султан не доверял никому.
Он почти успокоился, когда Эмине испросила высочайшей аудиенции. Она что-то узнала! Повелитель принял их вместе с великим визирем в зале для переговоров и внимательно выслушал.
– Сирин? Кто это?! – он нахмурил лоб, пытаясь вспомнить.
– Моя бывшая рабыня, персиянка, с ямочками на щеках.
Султан удивленно вскинул брови, в памяти всплыла улыбчивая пышная девушка, призывно раздвигающая ноги. Он и забыл, что через пару месяцев должен опять стать отцом! Впрочем, с Арзу он забыл о многом.
– Как же быть, мой Повелитель? – жена говорила жалобно и подобострастно. – Я почти уверена, что это она. Но вдруг мы ошибемся?!
Фатих задумался. Казнить мать своего будущего ребенка, полностью не убедившись в ее виновности, не очень-то хотелось.
– Не ошибемся, Эмине. Ты молодец, поступила правильно. Сделаем так… – он поманил их ближе и понизил голос.
Преклонив колени, жена благодарно целовала руки султана.
– Мой Повелитель, я не осмеливаюсь спросить…
– С ней все в порядке, Эмине, она будет жить. Тебе повезло, – едва заметная улыбка тронула уголки его губ.
С величайшим облегчением они разошлись в разные стороны до заката солнца. «Мне пора на покой. Долго я этого не выдержу», – думал Махмуд-паша, направляясь к лекарю за сердечными каплями.
Сирин готовилась к встрече с Госпожой, но представляла ее себе совершенно иначе. Она ожидала увидеть разгневанную Эмине, услышать обвинения и даже выдержать допрос, но никак не получить приглашение в покои султана. Ей стоило больших усилий сохранить безмятежное выражение лица. Госпожа была приветлива, как обычно, и даже не упомянула об отравлении гречанки. Когда она спросила о Каре и монисто, Сирин почуяла было ловушку, но Эмине вполне удовлетворили тщательно подготовленные ответы. Что это могло означать? Сирин задумалась. А вдруг Каре не удалось осуществить хитроумный план, и гречанка жива – здорова?! Нет, евнухи сообщили о происшествии, и гарем просто кишит охранниками. А что если рабыню задержала стража, и она созналась в злодеянии?! Точно нет! Тогда бы Эмине разговаривала совсем не так!
