Отпустив Хосока, Юнги поправил взлохмаченные пряди и заметил, какие у него мягкие волосы. Он всегда старался обходить обоснование качества того, что осязает. Никакое тело не превосходило красоты оружейных конструкций, но и никакое оружие не могло смотреть так, как смотрит самое странное из всех созданий, что приходилось встречать Юнги. Хосок и Эсперанса шли навстречу обеим его сторонам.
***
Они не сменили одежд, и потому яркие пятна бросались в глаза издалека. Чимин заприметил их из окна машины, потирая саднящую скулу, на которую пришёлся удар. Попасться под горячую руку Тэхёна - всё равно, что броситься на заклание. Таким образом Чимин остановил его от порыва выехать в Палермо и разобрать там всё по кирпичику, остановил, бросившись грудью вперёд и выдержав ломовой толчок, удар и встряску. Тэхён смог образумиться лишь когда заметил следы крови на костяшках, он сам поднял Чимина, оторопело принося извинения. И едва позволил обработать ладонь, из которой Чимин доставал подрагивающим в руке пинцетом осколки, едва ли дал перебинтовать. Но теперь Чимину спокойнее, что он не поймает заражение, сам он в порядке… Больше, чем есть, у него уже не заболит.
С той самой минуты, когда Тэхён принялся проклинать Стидду, они ни о чём не говорили: босс занимался звонками - подчинённым, знакомым и всем, кто имел значение в данную минуту. Он выглядит невозмутимым. Чимин же чувствует его раздающуюся вширь ярость, как распростирающего лапы монстра, приготовившегося знатно отобедать.
Удар по церкви ожидаемый, но сложно предсказуемый, спишут на засланных «больных» или снова на террористов. Нападение словно просчитанный укол иглой, в точку, близкую к мёртвой. Церковь не попадает под юрисдикцию Тэхёна, а потому всё, что он может сделать - готовить новый траурный костюм и занимать оборонительную позицию, рассчитывая сто шагов наперёд.
— Они хотят довести тебя до ручки, — уронил Чимин, как только машина остановилась, и Тэхён отдал приказ Карлосу сопроводить ожидающих.
Несколько минут наедине. Чимин за них цепляется, но съезжает куда-то вниз под давлением тяжёлого соприсутствия. Вико Ринцивилло, а не кто-то другой, воззрился на него осмысленно, без малейшего признака минувшего аффекта. Остыл. Надолго ли? Тот же парализующий взгляд. Плотоядного.
— Я знаю, Чимин, — он гладит его по руке. — Знаю.
И как будто старается успокоить, не дать повода для опасений, осторожно прикасается к ссадине своего авторства, уродующей нежную кожу. Постоянно и циклично они проходят один и тот же урок, мораль которого - новая черта, и перейти за неё не так уж и трудно. Куда бы он ни рвался, выкипающая мерзость отражается на Чимине, проступая следом его собственных стигмат.
— Мы ведь подождём? — дрогнув, спрашивает Чимин.
Тэхён наклоняется, тихо выдыхая в губы:
— Подождём.
…Дверь открылась, и с мучительным вздохом к ним заглянула Эсперанса, запах её парфюма, ещё не выцветший с артерии, внёс фруктовую нотку. Юнги сел рядом с водителем и обернулся к остальным, в приветственном жесте протягивая руку.
— Всем привет.
— Ты цел? — спрашивает Тэхён, отвечая на рукопожатие. И отвечая долго.
— Конечно, — заверяет тот. — Не без божьей помощи.
— На минуточку, большой босс, я тоже здесь, — Эсперанса машет ему, шлёпая по руке Юнги, и натянуто улыбается. — И да, я в порядке, спасибо за заботу.
— Хорошо, что вы не пострадали, — вступается Чимин.
— А ведь и впрямь могли бы, — отзывается Юнги.
— Надо избавиться от вашей одежды, — выносит резкий приговор Тэхён, перепрыгивая на тему, которой они вскользь коснулись по телефону. — Пистолет ведь тоже с нами?
Хосок похлопал по сумочке. Чимин выпучил глаза, догадываясь, что святому отцу пришлось испачкаться. Иначе, действительно, как бы они выбрались?
— Думаю, что с тайниками придётся перестраховаться, — насупившись, сказал Юнги напоследок.
Чимин с Хосоком туманно и издалека понимали, о чём речь, однако не вмешивались. Их высадили у борделя: Чимин получил краткую сводку грядущих дел, и они распрощались. Как никогда, Чимин смотрел на Юнги с чувством полного доверия и надежды. «Только не дай ему сорваться», - просил его взгляд, что приняли однозначным кивком, не подозревая - грянет наоборот.
Захлопнулся багажник последней машины. Тэхён дал сигнал к отъезду. Красные огоньки замигали перед поворотом. Шум стих. Со стороны моря блистала зарница.
Ящики с оружием вывозили партиями глубокой ночью, чтобы переправить на основные склады. Резонно предположить, что Юнги попытаются проверить: патроны 45-го калибра одни такие на всю тамошнюю феерию. Тэхён позаботился о том, чтобы его и Эсперансу вызвали на допрос не ранее, чем завтра.
Несмотря на связи, кто-то мог копать под него и намеренно пытаться подставить. Но то не шло главной задачей спектакля, а в качестве косвенной причиняло неудобства. Как раз те самые, что способны расшатать положение короля, удачным образом вдарив по «слону». Тэхён полагал, что Юнги вряд ли задержат. Он передаст сумму к залогу и подключит некоторых знакомых - не проблема, убийство сообщников повесят на оставшегося в живых ублюдка.
