Приближался сбор урожая, очень хорошего, больше, чем в предыдущем году, поэтому я решил вложить заработанные деньги в другой бизнес. Хозяин постоялого двора свел меня со своими земляками, которые занимались коневодством и использовали моего жеребца, как производителя. Я купил у них на все деньги четырех молодых кобыл хорошей стати. Их покрыл Буцефал, после чего были отправлены на свободный выпас в табунах под присмотром пастухов на пастбищах за северными холмами. За это расплачусь пшеничной соломой. В холодное время года, когда здесь идут дожди, на пастбищах много зеленой травы, отрастающей быстро. В жару она выгорает, сохнет. Лошадей желательно подкармливать. Хотели люпиновое сено, готовы были даже доплатить, но я сказал, что в этом году сажать бобовые не буду, севооборот не позволяет.
Пшеница уродилась на славу, дав примерно по четырнадцать центнеров с гектара. Здесь о таких урожаях даже не мечтали. У меня теперь непоколебимая репутация специалиста в сельском хозяйстве, постоянно спрашивают совета. Делюсь знаниями из будущего. Мне не жалко.
Я распродал прошлогоднее зерно, оставшееся в яме во дворе, заполнив ее доверху новым, забил до отказа сеновал пшеничной соломой, расплатился с коневодами с учетом будущего пополнения моего поголовья, а все остальное продал. Денег, оставшихся после уплаты всех налогов, хватило бы на безбедную жизнь в течение пары лет. Решил не расслабляться и купил еще трех молодых кобылиц, которые были покрыты Буцефалом и отправлены на дальние пастбища. Еще штук десять-пятнадцать — и можно будет завести свой табун.
Поля перепахали и засеяли одно арбузами, а второе дынями. Бахчевые теперь одни из основных летних культур. Их употребляют и люди, и скот, и домашняя птица. Дыни подвешивают на плетях в сараях и едят все холодное время года. И для севооборота бахчевые после и перед пшеницей очень хороши, потому что имеют стержневой корень с метр, не самый важный, и боковые придаточные, уходящие на небольшой глубине в разные стороны на несколько метров.
17
Весной и летом я занимался сбором лепестков цветов, заготовкой эфирных масел и изготовлением мыла. Кто-то настучал сборщику налогов, что я занимаюсь на дому производством товаров народного потребления. У нас с ним уже был налажен контакт, поэтому договорились быстро и к обоюдному удовольствию. Теперь делюсь с ним, но издержки включил в конечную стоимость продукта. Купец Нубаратуму скривился, а деваться ему некуда. Больше никто здесь не занимается изготовлением такого хорошего мыла. Делают мягкое, липкое и без приятного запаха. Пытались разузнать у Какии и Шевы секрет производства твердого ароматного, но они и сами не знают. Да и вряд ли бы проболтались. Рабам наличные не нужны, потому что потратить не смогут. При этом прекрасно понимают, что их благосостояние напрямую зависит от моего. Как мне сказали, купец Нубаратуму перепродает мыло в Вавилоне. Там оно идет нарасхват по полтора-два шиклу за брусок.
В июле родственники жены собрали прекрасный урожай яблок. Подогнали нам несколько корзин. Я заложил, сколько смог, в сарае на полках устланных соломой. Остальные поедали всей семьей вместе с рабами и конем Буцефалом. Последний был единственным, кому они не надоедали, пока не пошли арбузы.
Я не делал ставку на бахчевые. Отобьют расходы и принесут немного прибыли — уже хорошо. Для меня важнее севооборот. Результат оказался интереснее. Почти весь урожай у меня скупили с самосбором. То есть каждый желающий приходил или приезжал на бахчу, набирал, что и сколько ему нравится, взвешивали, рассчитывались и расходились. Арбузы и дыни трескал весь Халеб. Моя семья не отставала. Буцефал и два подсвинка уминали сладковатые сочные корки с утра до вечера. Мы отложили семена на посев, хотя в следующем году посажу что-нибудь другое. Самые крупные дыни я повесил в сарае, чтобы съесть в холодное время. Из нераспроданных по одной повозке отправил в четыре главных храма города — Ашшура, Набу, Мардука и Иштар. Несколько крупных послал в подарок шакну Базуму. Может, евнух припомнит, когда мне что-нибудь потребуется от него.
Поля были удобрены навозом, вспаханы и засеяны ячменем. Захотелось посмотреть, какой результат даст этот злак на темно-серой почве. Не прогадал, потому что два месяца дожди лили, как и раньше, а потом сделали продолжительный перерыв почти до весеннего равноденствия. Ячмень, привыкший к засушливому климату, перенес это легко и выдал почти по двенадцать центнеров с гектара. Наверное, были какие-то потери, но сравнивать мне не с чем, пшеница не в счет, поэтому не узнал о них. А вот многие мои соседи влетели. Посмотрев, какие урожаи пшеницы я собирал в предыдущие годы, посеяли ее. В итоге из-за засухи сильно недобрали зерна. Само собой, виноват был я.
