Класс зашелестел страницами. Я застучал мелом по доске, выписывая уравнения из задачника. Первое было из темы квадратных уравнений. Второе — из простейших тригонометрических уравнений. Третье — построение графика функции.
Четвертым заданием, что подкинула мне гюрза по имени Малевская, было «доказать возрастание функции на промежутке ×1», да еще найти интервалы возрастания и убывания этой самой функции…
Я решал уравнения молча, безо всяких комментариев. Сначала выписал уравнение. Потом, отложил задачник на первую парту, за которой сидели близняшки Селезневы, быстро написал решение, благо память (спасибо великому Герису! — он бы мне за такое славословие точно подзатыльников надавал бы) подсказала, что мы такое уже решали всем классом в ноябре. Я даже точную дату вспомнил.
Затем пошло решаться второе уравнение и также третье. Четвертый пример из еще неизученного материала я тоже решил. Не так быстро, но я вспомнил, как, изнывая от скуки на одном из уроков от нечего делать стал читать учебник и дошел до теоремы Лагранжа. Совершенно случайно. Я мысленно еще раз поклонился Герису за удачные опыты над моим серым веществом.
— Готово, Наталья Михайловна! — я сделал шаг к двери, давая возможность ознакомиться с решениями на доске.
С места встала дама из РОНО. Она сняла очки, подошла поближе, внимательно изучила все мои каракули и заметила:
— Почерк мог быть и получше. А так всё верно!
Наталья Михайловна усмехнулась, сказала:
— Садись, Антон! Пять баллов. Неси дневник.
Потом окинула взглядом класс, задержав его на Малевской и Матвееве и задумчиво произнесла:
— Может, у кого-то еще вопросы появились, почему у Ковалёва стоит за полугодие «пятёрка»?
Директор поднялся с места:
— Я думаю, не стоит мешать проведению урока. Наталья Михайловна, продолжайте!
— Пойдемте, не будем мешать учителю! — он повернулся к милиционеру и завучу. Вместе с ними из класса вышла и тётка из РОНО.
— Ты что-нибудь понял? — спросил меня вполголоса Юрка.
— Ага! — я осклабился в ответ. — Они, падлы на меня красивого посмотреть приходили. Сто пудов!
— Ковалёв! Никитин! — снова повысила на нас голос Наталья Михайловна. — Давайте этот вопрос обсудим на перемене!
Однако на этом, оказалось, сюрпризы совсем не закончились. Сразу после звонка в класс заглянула секретарша директора Зоя Павловна и сообщила:
— Наталья Михайловна, Ковалёв! Вас к себе вызывает Иван Степанович. Немедленно!
И пошла вперёд словно ледокол, расталкивая льды в виде групп школьников на встречном курсе, виляя «кормой». Наталья Михайловна пошла следом, прихватив сумочку. Я замыкал шествие, тоже прихватив с собой дипломат.
Мы прошли через канцелярию. Зоя Павловна села на своё место, махнув нам в сторону кабинета директора, мол, вас ждут, идите. Наталья Михайловна первой, я вторым вошли в кабинет. Матвеев восседал на своём месте, Малевская вместе представителем РОНО и милицейским майором за приставным столом, с одной стороны. Мне указали место напротив них. Наталью Михайловну посадили в угол кабинета к одежному шкафу на одиноко стоящий табурет.
Наташка села. И я обратил внимание, что села она, как-то неестественно выпрямив спину, плотно сжав колени и положив на них руки, словно примерная ученица. А еще она вдруг почему-то была бледной как мел.
Я уселся напротив майора. Слева от него скалилась Малевская, справа тётка из РОНО.
— Ну-с, Ковалёв, расскажите нам, — начала медовым голосом Малевская. — Как вы отдохнули на новый год?
— Нормально отдохнул, — я пожал плечами. — В деревню съездил. По друзьям походил.
— А в новогоднюю ночь ты что делал? — грозно спросил майор. — Давай, рассказывай!
Единственная мысль у меня была про Хляпика. Неужели заяву на меня накатал? Я ж его тогда… Даже близко подходить не буду. Помрёт, как отец Остапа Бендера, в страшных муках! Всё это у меня промелькнуло в голове за доли секунды, а сам я выдал:
— Можно узнать, чем вызван такой интерес ко мне?
Краем глаза я увидел, как Наталья Михайловна достала из сумочки свернутый лист бумаги, развернула его. Я успел прочитать на нём «заявление об увольнении…», написанное крупными буквами.
— Отвечай, как ты провёл ночь с 31 декабря на 1 января! — повторил майор.
— Тебя видели с твоей учительницей, как ты вошел в её квартиру в обнимку в два часа ночи! — не выдержав, выкрикнула Малевская. — А вышел ты оттуда в полвосьмого утра!
— Можно я поясню… — привстала Наталья Михайловна.
— Молчать! — рявкнул на неё майор. Наталья Михайловна заплакала, достала из сумочки кружевной платочек…
— А, понятно, — я широко улыбнулся. — Вон вы что хотите знать! Сейчас расскажу. Я приехал в поселок Химик из дома к новому году, то есть где-то в районе 11 вечера. Поздравил своего батю с новым годом, потом пошел с друзьями Савиным Михаилом и Комаровым Андреем гулять на стадион на ёлку.
Майор тут же стал записывать мои слова на бланке. Я мысленно оскалился — пиши, пиши! Подробней пиши! Будет, кому почитать, если не успеешь уничтожить!
