– Все в порядке, любимый! – спокойно ответила девушка, глядя прямо ему в глаза. – Не удивляйся! Мне пришлось много о чем поразмыслить, и, хоть далось мне это с трудом, я, все-таки, все поняла. Раньше я была глупой и эгоистичной. Теперь все будет по-другому. Вот увидишь!
Но, вместо выражения радости, на которое так расчитывала Галь, на лице молодого человека отразилось полное замешательство. Перемена настроения и, главное, настроя, его девчонки была столь резкой, что Шахар не знал, как к ней отнестись. Все происходящее с самого утра являлось для него явной загадкой. Не находя никаких слов, он понимающе кивнул.
Тем временем, Галь весело заболтала о всевозможных пустяках. Она заходила по знакомой ей до боли комнате, и не без удовольствия увидела, что ее профессиональная фотография вернулась на рабочий стол Шахара в новой рамке. Подойдя к окну, она распахнула его настежь, вдохнула полной грудью колючий, но прозрачный воздух, заметила, какая сегодня изумительная погода, и предложила им выйти погулять, а после прогулки – пообедать у нее.
– Очень жаль, что ты не обсудила это со мной вчера, Галь, – взвешенно проговорил Шахар. – Просто я уже договорился на два часа с ребятами на баскетбольной площадке.
– С какими ребятами? – вкрадчиво спросила Галь.
– Нашими, – ответил парень. – Там будут Эрез, Авигдор, Янив и какие-то их товарищи.
– Ну, а мне разве нельзя пойти с тобой? – сконфузилась девушка. – Я тоже умею играть в баскетбол, – добавила она с просящей улыбкой.
Шахар задумался. Ребята, конечно, были свои, но он не знал, как они отнесутся к появлению Галь в их чисто мужской компании. Он очень хорошо запомнил свой неудачный мальчишник в «Подвале», и ему не хотелось вновь попадать в неприятную для всех, и прежде всего, для себя, ситуацию. Это была не совместная посиделка в каком-нибудь баре, куда каждый мог прийти с девушкой, а спортивная игра; все они будут бегать за мячом, кричать, высоко прыгать и толкать друг друга. Объективно, брать туда Галь с собой было ни к чему ни ему, ни ей.
– Моя дорогая, – сдержанно произнес он, стараясь не ранить ее ничем, – Ты можешь пойти со мной, если ты хочешь, но боюсь, тебе будет с нами скучно и неуютно.
И он объяснил ей свою точку зрения, надеясь на ее понимание.
Галь выслушала его в полном молчании. Если прежде, до принятия своего отчаянного решения во всем нагибать голову, она могла свободно противиться некоторым планам своего молодого человека, то сейчас не смела даже мысли допустить о каких-либо возражениях. В конце-концов, она свалилась ему, как снег на голову, и не должна была ни на чем настаивать. В то же время ей было обидно и горько за свою нелепость и неоправданные надежды.
– Ладно, – нехотя согласилась она, когда парень закончил. – Извини. Просто я полагала, что мы оба заслужили этот совместный выходной после утомительной недели и напряженного периода, – добавила она с легкой укоризной, от которой, все же, не удержалась.
– Ну, что же я могу поделать? – развел руками Шахар. – Сообщить друзьям, чтобы меня не ждали?
– Я не просила тебя об этом, – ответила Галь. – Тебе решать с кем бы тебе хотелось побыть сегодня вместе. Я пойму.
Юноша помрачнел. Что нужно было от него его неуемной подруге? Они встречались в школе каждый день. Совсем недавно были в кемпинге. Он сделал ей сюрприз и провел у нее целый вечер. Теперь – эта ее странная метаморфоза. В чем было дело, черт возьми? Что это за ее острая реакция, после того, как он все объяснил?
– Ты уже ставишь меня в неловкое положение, – серьезно заметил он, твердо подходя к ней. – Конечно, я бы хотел провести время и с тобой, и с ними. Но разорваться я не могу, а менять свои планы в последний момент, согласись, было бы не очень прилично.
Тут Галь прикусила язык, ощутив, что шагала по нитке над пропастью. Каждое ее слово могло все испортить, и нужно было быть предельно осторожной.
– Ты прав, – сказала она, мягко беря его за руку. – Прости, если я резко выразилась.
Шахар высвободил свою руку из ее ладоней и положил руки ей на плечи. В его глазах горел вопрос, который он тут же ей и высказал:
– Что случилось с тобой? Ты какая-то странная. Откуда взялись у тебя эти сверхтерпимость и заботливость? Ты чего-то боишься или что-то скрываешь?
– Все со мною в порядке, – четко, но неуверенным тоном ответила девушка. – И я тебе уже все объяснила.
– Не знаю, о чем ты подумала и что для себя поняла, но мне не нравится твое поведение. И я хочу понять, в чем же дело?
– Да ни в чем! – воскликнула в сердцах Галь. – Я пришла, потому что мне вдруг захотелось быть поближе к тебе, вот и все.
– Из-за твоего сна? – иронично усмехнулся Шахар.
Его уже невозможно было обмануть. Он запаниковал и ему потребовалось большое усилие, чтобы представить себе происходящее наиболее ясно. Разумеется, Галь совсем не изменилась. Она оставалась все такой же безудержной и требовательной. То, что она пыталась ему сейчас продемострировать, было чистой воды наигранностью. Зачем же ей это понадобилось? Черт ее знает!
