— Слушай, любопытная поводыриха! — Файлэнг раздражённо скинул капюшон. — Есть вещи, которые просто принимают. И не задают лишних вопросов!
Йена насупилась и замолчала. Они подошли к подножью невысоких гор, окружавших пик Аторга Варт, когда встретили первого опустошённого изверга. Он сидел на снегу и ошалело озирался.
— Фай! — изверг при виде юноши обрадовано замахал руками и поднялся.
— Картаг! — Файлэнг подбежал к нему, стукнул кулаком в приветственно подставленный кулак. — Что произошло? Здесь был волк?
— Да! — Картаг от возбуждения даже не заметил тихо подошедшую девочку. — Огромный! У тебя получилось? Пророчество исполнится?
— Вроде бы, — неуверенно произнёс Файлэнг, покосившись на Йену. — Только вот оно тебе нужно?
— То есть? — изверг удивлённо заморгал.
— Волк забрал из тебя Тьму. Думаешь, он вернёт тебе её обратно, когда проглотит Солнце?
— Конечно, вернёт! В пророчестве было сказано, что все дети ночи получат силу!
— Может, это какие-то другие дети? — Файлэнг с сомнением покачал головой. — В пророчестве так же говорилось, что волк-изверг должен отдать свою жизнь. А я — вот он, перед тобой.
— Но ведь всё получилось?
— Посмотрим.
Картаг заметил Йену.
— А это кто? — спросил он.
— Моя пленница, — Файлэнг незаметно наступил возмутившейся было Йене на ногу. — Сделаю её своей, когда волк дарует нам силу.
Картаг понимающе закивал.
— Найди и собери остальных наших, — сказал ему Файлэнг. — Пусть подтягиваются к цветку.
Картаг заулыбался, подмигнул раскрасневшейся от негодования Йене и убежал.
— Кто я?! — тут же взорвалась Йена, как только изверг скрылся в лесу.
— Я тебя прикрыл, будь благодарна. — хмыкнул Файлэнг. — Нам надо спешить.
И они поспешили дальше, насколько быстро идти позволял глубокий с отпечатками громадных лап снег. Йена смирилась с обществом изверга, поглядывала на него, шагающего рядом. Взгляд Файлэнга был устремлён вперёд, между бровей у него пролегла глубокая морщина. Мрачные мысли крутились в его голове и ложились на лицо тенью суровой угрюмости. Куча вопросов вертелось на языке Йены, но она никак не решалась их задать. Всё смотрела украдкой и опускала взгляд. Наконец Файлэнг скосил на неё глаза, вздохнул и разрешил:
— Спрашивай.
Йена покраснела, но упускать момент не захотела. Всё, что она узнает от этого изверга, может помочь спасти её брата.
— Как ты узнал, что мой… что волк забрал Тьму у того… Картага?
— Почувствовал. Даже ведэ чувствуют нас и друг друга. А у Картага… как будто изменился запах. Или исчез.
— А этот изверг тоже не умер потому, что Тьмы в нём было немного? Только в родимом пятне? Как и ты, да?
— Не… совсем. И да и нет. Скверны в нём действительно было немного. Но думаю, причина больше в том, что умереть должен был только волк из пророчества. А Картаг вообще хорёк, — Файлэнг улыбнулся. — Куда ему?
— А те животные погибли потому, что скверна стала частью их? Полностью их захватила?
— Наверное.
— Фай… — Йена запнулась, случайно назвав изверга по имени. Подумала, повертела на языке звучное «Файлэнг», поняла, что не сможет так к нему обращаться и стушевалась.
— Фай-лэнг, — по слогам проговорил Файлэнг, усмехаясь. — Меня зовут Фай-лэнг. А тебя — Йена. А брата твоего, которого я почему-то иду спасать вместе с тобой, зовут Йомаль. А второе имя у тебя есть, кстати?
— Лань. А у брата — Хорт. А у тебя?
— Нет, не успели дать…
Они помолчали.
— А ты сам вызвался принести себя в жертву волку? — спросила Йена.
Файлэнг поморщился и нехотя ответил:
— Почти. Что бы там у вас про нас не рассказывали, а я — единственный волк в стае. Особого выбора не было, как видишь.
— А зачем ты теперь идёшь спасать Йомаля? Я тебя не звала.
— Звала…
— Как это?
— У твоих вопросов дно есть? — Файлэнг разозлился.
Он не хотел ни ей, ни себе признаваться, что стал ведэ, ведомым. И ведь давно стал! Ещё когда он наблюдал за тренировками брата с сестрой, незатейливая мелодия флейты Йены манила его, чаровала… Может, поэтому пророчество не убило его? Ведь, по сути, он уже не был извергом на тот момент. Файлэнг тряхнул волосами, занавесив глаза густой чёрной чёлкой, сгорбился и отвернулся, давая понять, что разговор окончен. До горы Аторга Варт оставалось не больше полумили.
Две фигуры, укутанные в шерстяные плащи с мягкими капюшонами, сползающими на спину узкими треугольниками, стояли на ледяном обрыве напротив пика Аторга Варт. Ветер завывал вокруг них, закручивал снежные вихри, стелился позёмкой. Но полы плащей оставались недвижимы, а снежная крупа, как ни старалась, не могла коснуться лиц.
Одна фигура шевельнулась, повела перед собой рукой, и горы впереди как будто стали ближе, а пик Аторга Варт оказался прямо перед обрывом, гордо держа на своей вершине раскрытый цветок Маэли Тэлу. По склону горы к цветку карабкался громадный серый волк. Он лез вверх, не сворачивая, скрёб когтями лёд и камень, оскальзывался, почти срывался, но упрямо поднимался всё выше и выше. За волком тёмным шлейфом тянулся мрак.
— Что скажешь, Ив?
Вторая фигура согнулась, одёрнула плащ и опустилась на корточки.
— Даже не знаю. Откуда вообще взялось это пророчество?!
