Он подтвердил свои слова наглядной демонстрацией, и предо мной предстала Леа, Вечно Юная богиня Ирратских лесов.
— Ты молчишь, Арчи? — удивился Алекс, — неужели не можешь придумать ни одного приличествующего случаю слова?
— Здесь дамы. Боюсь, приличествующие случаю слова оскорбят их слух. Кто знает, может они нас слышат?
Алекс заржал.
— Слышат? Это вряд ли! Впрочем, если так — им же хуже. Но я ещё не закончил. Последний и самый главный номер программы. Та самая штучка, из-за которой все перессорились! Догадался, о ком речь?
Я промолчал. Хотя догадался, конечно. Собирая свою коллекцию, Алекс просто не мог обойти вниманием её.
— С тобой не интересно играть, — вздохнул Алекс, — Ты — тупица. Ладно, смотри и радуйся — наконец-то ты её нашёл!
Джемма! Это всё-таки оказалась Джемма! Судя по поднятым напряженным рукам и сияющему энергией лицу, она оказывала нешуточное сопротивление.
— Ведьма, — с ноткой отвращения бросил Алекс, — не подоспей Моргана, она вполне могла отправить меня в небытие, и история не имела бы продолжения.
— Жаль, что не отправила, — совершенно искренне сказал я.
— Чего жаль-то? — искренне изумился он. — Если б не я, ты бы все еще сидел в своей дыре на краю мироздания и лил слезы об ушедшем.
— Не так там было и плохо, на краю мироздания, — проворчал я. — Ни тебя, ни Морганы…
— Кого ты сейчас пытаешься обмануть, Арчи? — отмахнулся Алекс. — Ты сидел там, потому что боялся сам себя, и сидел бы дальше, если б не я.
— Может, мне тебе еще и спасибо сказать?
— От тебя дождешься…
Он отошел от Джеммы на несколько шагов, склонил голову на бок, и какое-то время рассматривал, словно видел впервые.
— Внешность все же обманчива, — заметил он. — На вид — сама невинность, а на деле… Обманщица, блудница, убийца…
— Ты несешь чушь! — отрезал я.
— Арчи, перестань! — рассмеялся Алекс. — Она лгала мне все годы нашего с ней счастливого брака. Ты был раньше, да. Только не думай, что с тобой она была честнее?!
Чёрт! Его выпад попал в точку! Я действительно многого не знаю, и было ещё то письмо, и ещё кое-что. И потому вместо того, чтобы послать этого урода куда подальше, я спросил:
— Что ты имеешь в виду?
— Ты заинтригован? — обрадовался он, — Это хорошо! Я мог бы, конечно, еще немного подержать тебя в неведении, но не стану. Итак, ты хочешь знать правду?
— А где гарантии, что ты мне не соврёшь?
— Сложный вопрос, — скривился он, — Давай так: я расскажу, что знаю, а потом мы частично разморозим нашу красотку, и она подтвердит справедливость моих слов. Или опровергнет, что сомнительно. Всё-таки она не в том положении, чтобы врать.
— Похоже, она не в том положении, чтобы тебе перечить, — заметил я, — Ладно, говори уже.
— Хорошо, слушай, — Алекс прошёлся вдоль ряда своих пленников и, остановившись возле Джеммы, спросил:
— Кстати, а ты знал, что наша с тобой бывшая никогда не страдала амнезией? — спросил он вдруг, — По лицу вижу — не знал! Видишь, она врала тебе с самого начала!
— Тебе-то откуда известно?
— Просто уму непостижимо, сколько всего можно узнать о прошлом человека, если порасспросить нужных людей и чуть-чуть поколдовать! — сообщил он, — Между прочим, порыться в прошлом любимой супруги меня подвиг именно ты! Точнее, ваши забавы в рыбачьей хижинею И не начинай доказывать, что ничего не было — я вас видел! Так что у меня были причины не доверять и рыться в прошлом своей супруги. Кстати, ты знаешь, как принцесса Оэльдива угодила в Дж’агар’талл? Как я уже говорил, никакой амнезией она не страдала. В качестве наказания, и чтобы замять скандал из-за ее интрижки с учителем фехтования. Ты и этого не знал?! — удивился он, — Бедолага! Кстати, того типа нашли мертвым. Знающие люди говорят, её работа.
— Хватит! — рыкнул я, — Мне надоело слушать этот бред!
— Арчи, перестань, — протянул он сочувственно, — Горькая правда, понимаю.
— Не уверен, что это — правда.
— Вот видишь, ты уже сомневаешься! — обрадовался он. — Продолжим рассказ о похождениях одной авантюристки.
— Что бы ты о ней не говорил — мне это не интересно! — отрезал я.
Аккуратно, нить за нитью, я сплетал из незримых силовых нитей преграды новый узор. Рвать нельзя — Алекс сразу поймет, прекратит болтать и начнет резать глотки. А потому — пусть ораторствует, и чем дольше, тем лучше.
— Тебе интересно, — возразил он, и снова попал в точку, — Ты просто боишься узнать что-то, чего не сможешь простить. Хорошо, я не стану тебя долго мучать. Несколько коротких фактов, и перейдём к основной теме нашего собрания. Так вот, о Дж’агар’талле! Коррад положил непокорной дочери три года сражаться за свою честь, и лишь после этого она могла вернуться домой. В случае проигрыша ее ждала смерть. Или же должен был найтись болван, который освободит пленницу, не требуя ничего взамен. Насколько мне известно, ты сыскался очень быстро. Ты и теперь станешь утверждать, что она была с тобой по большой любви?
— Да пошёл ты!
