Следующие восемь месяцев пролетели в лихорадочной подготовке. Огромные, стерильные, ранее почти пустые помещения на нижних уровнях «Боулен Корп» теперь гудели и пульсировали жизнью. Ряды серверов выстраивались, как надгробия на кладбище старого искусства, мощные вычислительные кластеры вспыхивали синими огоньками, бесчисленные кабели опутывали пространство, словно щупальца исполинского осьминога. Ровный, белый свет отражался от глянцевых поверхностей, подчеркивая клиническую эффективность происходящего. Десятки инженеров, словно муравьи, снующие по гигантскому муравейнику, устанавливали оборудование, их лица были серьезны, но в них не было ни капли творческого огня. Они были винтиками в новой, совершенной машине.
Найп перемещался среди них с уверенностью, его инструкции были точны и сдержанны. Он уже не был тем отчаявшимся, сломленным человеком из начала истории. Он стал частью машины, которую создал. Его разговоры с инженерами были полны технических терминов, но лишены какого-либо эмоционального подтекста о сути того, что они создают. Он сам себе напоминал, что это «прогресс», «неизбежность». Но каждый раз, когда эти слова срывались с его губ, внутри что-то сжималось, оставляя горький, пепельный привкус и осознание: это была не неизбежность, а капитуляция.
Презентация для СМИ была изысканной, почти театральной. 3D-проекции на прозрачных экранах танцевали в воздухе, демонстрируя графики экспоненциального роста и футуристические лозунги: «Творчество без границ!», «Искусство для каждого!», «Будущее принадлежит вам!». Мистер Боулен, излучающий абсолютную уверенность, объявил о запуске «Цифрового Литературного Агентства» — новой эры в издательском деле. Он говорил о «демократизации творчества», «безграничных возможностях», используя эвфемизмы, призванные скрыть истинную, автоматизированную механику.
Найп стоял чуть в стороне, в тени, его лицо оставалось маской. Он наблюдал, как его творение, его
На огромном экране за спиной Боулена мелькали сотни, тысячи строк текста и изображений, сливаясь в невообразимом танце. За считанные мгновения ИИ «писал» романы в различных жанрах, подстраиваясь под последние тренды, генерировал новые обложки, сочинял анонсы, выбирал «лучшие» синопсисы. Мы видели, как появляются новые имена – «авторы», чьи фотографии были созданы нейросетями, а биографии – вымыслом.
Рынок
Книжные магазины – те немногие, что еще держались – теперь выглядели сюрреалистично. Витрины, раньше посвященные одному-двум «бестселлерам месяца», теперь были завалены десятками, сотнями новых книг с идеальными, но безликими обложками. Обложки, безупречно сверкающие под лампами, были красивы, но лица на них не хватало искры, живой асимметрии. Слишком идеальные. А когда Найп случайно брал одну из этих книг в руки, он чувствовал лишь стерильную, синтетическую гладкость бумаги, на которой отпечатался текст, выверенный до последней запятой, но без единой шероховатости человеческого стиля. Все они были подписаны разными «авторами», которые на самом деле были порождениями ИИ «Цифрового Литературного Агентства».
В малопосещаемых блогах и на закрытых форумах появлялись робкие голоса независимых критиков, указывающих на странную "стерильность" новых бестселлеров, на математически выверенную, но бездушную структуру. Но их мнения тонули в оглушительном хоре восторженных отзывов и рекламных бюджетов "Боулен Корп", которые активно продвигали нужных "экспертов".
Онлайн-платформы взрывались от объема. Скриншоты и описания стриминговых сервисов показывали, как «новинки дня» исчислялись сотнями, а то и тысячами. Пользователи не успевали читать, как появлялись новые. Количество просмотров и покупок взлетало до небес. Все это происходило под абсолютным контролем «Боулен Корп». Они владели не только технологией, но и всей инфраструктурой распространения, отсекая любые возможности для независимых авторов.
Город, раскинувшийся под окном смотровой площадки «Боулен Корп», казался гигантской доской объявлений. На цифровых экранах зданий, в лентах новостей, на витринах магазинов – везде вспыхивали заголовки: «Цифровое Литературное Агентство: Беспрецедентный Рост!», «Новый Монарх Медиа!», «AI Доминирует в Книжных Чатах!».
На огромных экранах внутри штаб-квартиры графики показывали экспоненциальный рост. Доход Боулена и Найпа рос в геометрической прогрессии, цифры на счетчиках менялись с головокружительной скоростью, как в нереальном сне. Половина позиций в чартах бестселлеров принадлежала ИИ-контенту, часто под разными псевдонимами, но принадлежащими одному «Агентству».