Румыния встретила Сиерру моросящим дождем и прохладным ветром. Она совершенно не знала, где начинать свой путь, поэтому первым делом отправилась в румынскую библиотеку, где не нашла вообще никаких сведений об Арке смерти. Там мрачная женщина-библиотекарь дала ей понять, что такого рода сведения лучше искать не здесь и дала адрес какого-то человека. Тот волшебник жил отшельником на окраине таинственного леса Хойя-Бачу, который местные жители также называют бермудским треугольником Трансильвании, у подножия горы. Об этом ей поведали селяне, что жили по другую сторону и старались лишний раз туда не захаживать. По слухам, в этом лесу пропало столько людей, сколько и не счесть. Сиерра решила, что это были байки для маглов-туристов, которые хотели пощекотать себе нервишки, пробираясь через этот лес к старинному и величественному замку Бран, в котором, как гласит легенда, жил сам Влад Дракула.
В селе неподалеку от леса Сиерра остановилась на ночевку в небольшой гостинице, намереваясь на рассвете отправиться в путь. Пожилая женщина — хозяйка этого места подала девушке ужин, состоящий из куриного супа и овощного рагу с восхитительным бефстрогановом. Девушка и не думала, что настолько проголодалась, поэтому тут же набросилась на еду и смела все за считанные минуты, запив ужин бокалом красного сухого вина. Руку она предусмотрительно скрывала черной перчаткой, а болезненно-красные глаза в тусклом свете керосиновой лампы были практически незаметны. Но женщина все равно то и дело подозрительно косилась на бледную и обессиленную путницу, пока, наконец, не решила подойти.
— Не стоит тебе идти в этот лес, — строго заключила она. — Поверь старухе Родике, темные дела там происходят. Нехорошие. Люди туда заходят, но обратно не возвращаются.
— Лес большой, много извилистых троп. Поверьте, я знаю леса и пострашнее, — ухмыльнулась Сиерра, вспоминая Запретный лес.
Старуха покачала головой, и ее морщинистое лицо исказила гримаса тревоги.
— Это раньше лес был хорошим, светлым, проходимым, а сейчас он изменился до неузнаваемости, словно все это промыслы черной магии. Ведь все животные и птицы не могут в одночасье просто взять и исчезнуть из него?
Сиерра нахмурилась.
— Просто взяли и пропали?
— Так и было! — закивала Родика. — Я живу уж здесь без четырех лет целый век. Сейчас там стоит такая тишина, лишь только скрип скрючившихся по непонятным причинам деревьев разрезает ее. Все покрылось бурым мхом, а тропинки все больше зарастают.
— Больше похоже на сказку, которой пугают детей, чтобы они не бегали гулять в лес.
Родика цокнула языком.
— Сначала был пастух Бачу, который погнал две сотни овец в лес, и не вернулся. Не нашли ни его, ни одну овцу. Пропали бесследно. После была женщина, решившая собрать грибы к ужину, но в положенное время домой не вернулась, однако ее нашли на пне посреди опушки в полном беспамятстве. — Старуха причмокнула губами. — Девочка пяти лет отроду забежала в этот лес за бабочкой и вернулась спустя долгих пять лет, уверяя, что пробыла там всего-то пять минут.
— И все же мой путь лежит через этот лес, — упрямо заявила Сиерра, поднимаясь с жесткого стула. — Вряд ли лесу нужна проклятая девушка.
Ее сон был беспокойным. Снились отрывки рассказов, что поведала за ужином Родика, будто бы Сиерра была той девочкой, что бежала в лес за бабочкой — красивой, лазурного цвета. Она порхала все глубже в лес, пока не затерялась среди сгущающейся чащи. Чем дальше она бежала, тем кучнее росли вековые деревья, заслоняя своими широкими ветками все небо. Здесь было темно, сыро и очень тихо: так тихо, что собственное прерывистое дыхание казалось поразительно громким. Сиерра услышала треск веток под чьими-то ногами и обернулась; прямо из чащи размеренным шагом вышла Темная, но вопреки обычаю не улыбалась. Она подошла ближе и со всей силой сдавила исполосованную язвами руку. Сиерра закричала.
— Прекрати это! — зло прошипела Темная, сверкая гневным взглядом.
— Я и пытаюсь, если ты не заметила, — рыкнула Сиерра и выдернула руку.
— Я же тебе сказала, что, если будешь сопротивляться, умрешь. Ты хочешь умереть?
Сиерра склонила голову вбок — точно некогда Темная.
— Лучше уж смерть, чем все же тебе подчиниться.
Проснулась она с рассветом, ощущая пульсирующую боль в том месте руки, в которое вцепилась ее копия. Умывшись, Сиерра наспех оплатила свое пребывание в гостинице и отправилась на поиски разгадки.
Лес и правда был пугающим: темным, густым и тихим. Там и правда не летали птицы, не разгуливали животные, и даже насекомые, казалось, просто вымерли в одночасье. Тропинки извивались вокруг деревьев странных и непонятных форм, а затем внезапно обрывались. Уже к обеду Сиерра, присев на старый пень, начала сомневаться, что успеет выйти отсюда к ночи. Перспектива заночевать в жутком лесу на холодной земле, укрываясь сухими осенними листьями приводила девушку в ужас, поэтому, немедля, она отправилась в путь. Но тропинки продолжали путаться, и Сиерре пришлось признаться себе, что она заблудилась. Сумерки, тем временем, опускались на лес вместе с густым туманом.
