– И какой у нас план? – Адам тревожно оглядывается по сторонам, но мы заняли хорошее место под трибунами прямо вблизи вещей Вудли, что лежат на скамье.
– Мне просто нужно удалить все компрометирующие фотографии с его телефона, – через ступеньки разглядываю подвижный силуэт Брэда, наматывающего круги.
– Ты знаешь, что у него пароль на телефоне?
– Именно поэтому ты и здесь, Райт, – огрызаюсь и поймав удачный момент выглядываю из-за трибун там, где проходит лестница. Телефон Брэда лежит на сумке. Хоть в чем-то он мне облегчил задачу!
Швыряю телефон Адаму, который от неожиданности едва не роняет его на землю дисплеем вниз. Глядит на меня своими горящими от волнения зелеными глазами. Если он не соберется, я его прибью! Райту неоднократно удавалось взламывать телефон Вудли, так, забавы ради. Надеюсь, Адам не растерял свои навыки!
Райт садится на корточки и включает телефон. Дисплей загорается, а на экране появляется фраза: «введите пароль». Я потею от напряжения и страха. Постоянно слежу за Брэдом, убеждаясь, что он всё еще бегает на стадионе. Адам возится с паролем слишком долго, перебирая различные комбинации.
– Проклятье! – Райт вытирает пот со лба, а руки предательски дрожат. – Он сменил пароль на более сложный.
– Или наоборот поставил до глупости простой, – тихо шепчу себе под нос догадку и меня словно током шарахнуло. Вырываю из рук Адама телефон и трясущимися пальцами ввожу имя: «МАРТА».
– Кто такая Марта? – Марта – первая любовь Брэда Вудли, которая своим предательством и превратила его в монстра.
Райт стоит у меня за спиной с вытянутой шеей любопытного гуся, заглядывая мне за плечо и наблюдая за моими манипуляциями. Телефон разблокируется, и я испускаю облегченный выдох. Напрочь сношу откровенные фотографии всех девушек без возможности восстановления. Фотография Майи хранится в отдельном альбоме, и я тупо смотрю в экран, снова испытывая эту мерзкую тошноту. Капельки пота капают на дисплей и одним нажатием кнопки я стираю главную свою ошибку.
– Что дальше?
– Дам ему возможность показать настоящую Майю, – чувствую, что Адам непонимающе хмурится. – Такой, какой её вижу я.
На место провокационных фоток загружаю со своего телефона сделанные мной на период наших бурных отношений, но абсолютно невинные.
Возвращаю телефон Брэда на место и вместе с Райтом мы покидаем трибуны.
– Какого черта, Хард? – Майя разъяренная налетает на меня прямо около парадного входа в кампус. Я же просил её никуда не ходить! Ну разве она меня слушается? – Где ты был? – подозрительно прищуривается и прижимает нижнюю губу пальчиком к зубам.
– Всё хорошо, – обнимаю Майю за талию и притягиваю к себе. Все-таки я и скатился до публичного проявления чувств.
– Вряд ли во всем этом есть что-то хорошее, – Льюис изворачивается и выскальзывает из моих объятий. Это как удар под дых, но я должен вести себя достойно и не поддаваться панике.
Майя показывает мне новую рассылку на экране телефона. Теперь к надписи добавился отсчет времени: осталось пять минут. Занятый спасением чести этой голубоглазой нимфы я и не заметил нового оповещения, и рассеявшийся страх на стадионе, снова собирается вокруг меня густым туманом. Я даже представить не могу, что чувствует моя девочка!
– Твоё спокойствие добивает, Хард, – гневный тон Льюис ошпаривающим потоком воздуха впечатывается мне в лицо. Сжимаю челюсть до скрежета зубов, оставаясь непоколебимым. В молчании Майя уверенным шагом оставляет меня позади, как тогда на университетской парковке, когда я искалечил её влюбленное сердце болью. Мне ничего не остается, как уныло плестись следом. Все-таки удивительно сколько отваги и храбрости в хрупкой девушке. С высоко поднятой головой она добровольно идет на собственную казнь своей женской гордости. Не обращает внимания на пристальные взгляды с застывшими в них немыми вопросами. Майя знает правду о себе и этого достаточно, чтобы вынести эту ношу. И я с трудом поспеваю за твердым шагом этой девушки, прокручивая в голове самые неудачные исходы события. Вдруг у Брэда осталась копия фотографии? Или он вовсе будет вести свою трансляцию откровенного слайд-шоу не через телефон? Об это я не подумал…
В конференц-зале нет свободных мест. Все явились посмотреть на разоблачение года, чтобы пересказывать грандиозное событие уходящего учебного года как пикантную университетскую легенду. Со временем она обрастет слухами и настоящую правду никто не узнает. Почему такое ощущение, что меня насильно привели на кинопросмотр эротического фильма на большом экране?
Майя занимает свободное место на верхних рядах. Я сажусь рядом и детально всматриваюсь в киноэкран, подмечая, что на сцене сбоку выставлена кафедра. Если Брэду хватит мозгов он сразу перейдет к главному. Складывается впечатление, что все ждут интересной и познавательной презентации, в глубине души надеясь, что на самом деле это все неудачная и затянувшаяся шутка. Быть свидетелем чьего-то позора на адреналине здорово первые несколько секунд. Затем наступает отторжение.
