Как и договаривались, на следующий день я попытался позвонить Лёне – одни гудки. Целый день я набирал его номер, но он не брал трубку. Я попросил Вику дозвониться до отца, однако и на ее вызовы он не реагировал.
Вика говорила мне, что я зря пытаюсь, ведь нужно было действовать вчера, тем не менее я не оставлял попыток. Меня бесило, что дядя так просто отнекивается от данного обещания.
Последующие дни я все настойчивей старался с ним связаться. В какой-то момент он выключил телефон, так что дальше звонить смысла не было. Я решил действовать – собрался и наведался на винодельню культистов.
К моему удивлению, охрана запретила входить на территорию. Теперь меня начали посещать странные мысли. Что, если старейшины прознали о чистосердечном признании Лёни? Они с легкостью могли увезти дядю и наказать. Убивать его точно никто не будет, других специалистов им не найти, однако покалечить – запросто. Нужно было думать, как найти Лёню.
Дни пролетали, словно на перемотке, а я все не мог ни за что зацепиться. Дядя был моей надеждой! Он мог рассказать о родителях, об их смерти. Как бы старые газеты не пытались убедить меня, что Максим с Василисой покончили с собой, я в это не верил.
Сидя на веранде своего дома, я прикидывал варианты. Как же действовать дальше? Ответ появился сам собой, когда до моих ушей донесся голос Марка. Наставник мог стать ключом к поиску дяди.
Почему он не может позвонить заранее? Банально предупредить о своем визите?
Я открыл калитку и пригласил наставника в дом. Он отказался и устроился на веранде.
– Я на пять минут, – сказал Марк. – Вика дома?
– Нет, – ответил я. – а что?
– Как ты знаешь, на днях мы закончим сбор винограда и по этому случаю наставникам поручено организовать ритуал благодарения.
– А Вика тут при чем?
– Она обязана участвовать.
– Ты можешь попросить меня, я помогу.
Марк выдавил улыбку:
– Родион, я же сказал, нужна Вика!
Мне стало не по себе. Неужели еще одно жертвоприношение? Я не позволю перерезать Вике горло ради какого-то винограда!
– Так не пойдет, – сказал я. – Либо ты мне объясняешь, что вы задумали, либо валишь отсюда!
Я не заметил, как по лицу прилетел удар, затем второй, третий. Упав на землю, я закрыл голову руками, но тяжелые кулаки Марка пробивали мою оборону.
– Как же ты не поймешь! – говорил он не останавливаясь. – Вика собственность братства, и она будет делать то, что ей прикажут.
Во рту ощущал вкус крови, левым глазом почти ничего не видел, а удары перестал чувствовать, словно тело занемело. Насытившись жестокостью, Марк выпрямился.
– Теперь слушай меня, ублюдок! Сегодня мы заберем Вику, и ты увидишь ее только на ритуале благодарения! Только попробуй сделать какую-то глупость – так просто не отделаешься! – он тяжело дышал. – Скажи спасибо, что ритуал через два дня! Я бы хотел провести с ней побольше времени!
– Да пошел ты! – сказал я и попытался стать на ноги.
Марк со всего маху ударил меня носком кроссовка. Я хрипнул и схватился за живот. Пока я корчился от боли, Марк вытащил мой телефон и набрал Вике.
– Не слушай его, – попытался закричать, но тут же получил новый удар.
– Да, Вик, это Марк. Приезжай домой, мне нужно с тобой поговорить, – он сделал паузу. – Дело пустяковое, не переживай.
Отключив телефон, наставник со всего маху кинул его в стену. Тот разлетелся на множество кусочков.
– Зачем ты усложняешь? – спросил он и схватил меня за футболку. – Я же не просто так пришел, Родион! Сам же знаешь, я человек занятой, времени мало, а тут еще пришлось тебе урок припадать, – Марк потащил меня на второй этаж дома.
У меня не получалось сопротивляться, сил ни на что не было, да еще начало болеть все тело.
– Тут пока посиди, и чтоб без звука, иначе дорогуше конец, – сказал он и запер меня в пустой комнате.
Кое как я дополз до стены, оперся о нее спиной и вытер кровь с лица нижней частью футболки. Что же задумал Марк? Для чего ему так резко понадобилась Вика? Или дело в другом…
В тот дождливый день Лёня старался не трепаться языком, терпел до последнего, но дочь заходила слишком далеко, чтобы узнать о матери, и тогда, дядя, переживая за Вику, решился на чистосердечное признание и спустя время исчез…
Картинка складывалась, однако изображение на ней не такое радостное. Казалось, будто Вике придется расплачиваться за длинный язык Лёни.
Я поднялся на ноги, медленными шагами дошел до окна. В моменте мне пришло в голову прыгнуть со второго этажа, перехватить Вику во дворе и с ней уехать как можно дальше, но… они могли нас найти. В голове всплыла фраза, сказанная Марком: "кто хоть раз попал в семью, с нами до конца жизни".
Своими действиями я только сделаю хуже. Вернувшись– на пол, стал ждать, когда объявится Вика.
– Наконец-то ты пришла, – услышал я.
Резко появилась энергия, подлез к двери и приложил к ней ухо. Благо, слышимость в доме бабушки отличная.
– Где Родион? – спросила Вика.
– Это не важно, – ответил он.
– Нет, Марк, важно! Ты находишься в его доме! – говорила она, а следом закричала: – Родион, ты тут?!
Мне бы ответить, только Марк запретил говорить. Я боялся за Вику, поэтому молчал.