Профессор МВТУ им. Баумана Николай Фёдорович Бочаров рассказал.
В 50-е годы прошлого века, когда он был ещё студентом МВТУ, в большой поточной аудитории висел плакат с изречением И.В. Сталина: "Кадры решают всё!". Плакат висел очень высоко, однако студенты добрались до него и дописали: "и хата". Что интересно, никто из преподавателей и руководства на эту поправку не обратил внимания — кто же смотрит на плакат, который давно уже висит? Его убрали, когда наступили каникулы и в аудитории стали делать ремонт.
На студенческом сленге того времени "кадры" это девушки, а "хата" — то место, куда можно привести девушку для тесного с ней общения.
Смотрю статистику и создается впечатление, что желаемое пытаются выдать за действительное.
Вспомнился советский анекдот. Его мне рассказали году в 85-м в Минском учебном комбинате Центрального Статистического Управления (ЦСУ), где я тогда читал лекции.
Репортаж с международного спортивного соревнования по выжиманию сока из лимона. Каждому спортсмену дается 100-граммовый лимон и ручная соковыжималка.
На арене японский спортсмен. С криком "Кия!" он мощно сжимает ручки соковыжималки. Есть рекорд! Он выжал 80 грамм сока! Японец кланяется. На его майке надпись: "Карате".
Затем выходит американец. На его майке надпись "ЦРУ". Наступает тишина. Американец скрипит зубами. Новый рекорд. 90 грамм!
На арене русский. Легкое быстрое движение рук. Ура! Новый мировой рекорд. 120 грамм! Спортсмен победно вздымает руки. На его майке большими буквами написано: "ЦСУ".
Во время учебы в институте я был членом студенческого научного общества. Мы помогали аспирантам и научным работникам готовить эксперименты, делали рефераты и доклады. В качестве поощрения после третьего курса (в 1961 году) члены студенческого научного общества поехали по студенческому обмену на две недели в Чехословакию. Все, кроме меня. Меня где-то там вычеркнули.
Поехало человек 12. Они были в Пражском политехническом институте и на автозаводах "Татра" и "Шкода". Ребята рассказывали много интересного. Учтите, тогда поездка заграницу, даже в Чехословакию, была редким и неординарным событием. Сегодня мало кто представляет себе, что такое "железный занавес", и до какой степени было минимизировано общение советских людей с иностранцами.
К ним была прикреплена постоянная переводчица, молодая красивая женщина. Она им пожаловалась на то, как ее подставили ленинградские студенты, с которыми она работала годом раньше. Как истинный профессионал, переводчица старалась изучить новые идиомы и познакомиться с привычками и обычаями русского народа. Так вот, студенты ей объяснили, что у русских принято, когда человек чихнет, сказать ему: "Будь здоров!", а когда засмеется, следует спросить: "Хули ты смеешься?".
Своими новыми знаниями она воспользовалась очень скоро. Она была гидом у очень уважаемого пожилого ленинградского профессора, постоянно его сопровождала и, когда он засмеялся, она по всем правилам русского политеса спросила: "Хули ты смеешься?". По ее рассказу, профессор побагровел, растерялся и ему вроде бы даже сплохело. Вот до какой степени русская интеллигенция была оторвана от народа в 60-е годы!
В 1958 году я окончил школу и сдавал вступительные экзамены в институт. Вернувшись домой после экзамена, я узнал, что вечером к нам придет в гости дальний родственник из Ленинграда, точнее из Ломоносова.
Гость пришел и принес в качестве гостинца бутылку черного рома чехословацкого производства. Тогда импортные напитки начали появляться в советских магазинах, но очень редко и в большинстве случаев из-под прилавка.
Итак, мы вчетвером сели за стол. Мама не пила, а только понюхала экзотический напиток, а мы втроем под хорошую закуску и интересный разговор — гость был инженером по монтажу металлоконструкций и работал тогда на строительстве Лнинградской АЭС — эту бутылку уговорили. Пили мы его без всяких затей, также как пили бы на его месте водку, то есть наливали в 50-граммовые рюмки, чокались, опрокидывали, закусывали. Основной тост был за то, чтобы я успешно сдал экзамены.
