– Так если всё это правда, тогда нам необходимы все имеющиеся силы. Нужно обратиться к Папе и Императору Священной Римской Империи.
– Уже. – ответил капитан Отто. – Я политик, Грегор, в отличие от тебя, дуболома. Но Императору плевать, что происходит в его стране, пока платятся налоги, а Папе сейчас не до того, ситуация с протестантами уже достигла своего апогея. Он не станет собирать войска.
– Значит мы сами. – сурово произнёс Грегор.
– Именно. – ответил капитан Отто. – Ты думаешь, я идиот? Я вижу всё! Но я политик, а не бродячий охотник на ведьм. Я должен просчитывать свои действия на годы вперёд. – Капитан Отто оглянулся на портрет герцога Альбы. – У нас нет его ресурсов. И мы не сможем вести истребительную войну. Но мы обязаны вскрыть гнойник, что зовётся великий город Мариенгоф.
Зло, оно повсюду. Тебе ли не знать! Если наша миссия в Мариенгофе окончится провалом, кто–то должен остаться тут. Здесь тоже есть ростки зла. Что–то тёмное грядёт. Вдали от наших глаз. Кто–то должен остановить Балаган.
– На скамейку запасных, значит! – покачал головой мастер Грегор Дюк. – Самого лучшего оперативника.
– И одного из самых старых. – с усмешкой ответил капитан Отто. Но затем, посерьёзнев добавил. – Мы должны быть готовы к самому наихудшему. Поэтому ты и остаёшься. Мы должны выиграть эту битву, ведь на кону жизни всех! Всех. И протестантов, и католиков, и прочих! Мы не можем проиграть. Тебе слишком хорошо известна цена неудачи!
***
Инга сидела на лавке, и болтала ногами. Дверь в комнату отворилась и туда вошёл капитан Отто.
– Сиди! – махнул он рукой, когда Инга встала. Он подошёл к столику, на котором стоял высокий графин с вином и пара бокалов. Инга отметил, что он двигался, словно хозяин. Да так ведь оно и было.
Одним движением налив в бокал вина, капитан Отто протянул его девушке. Та мотнула головой. Капитан усмехнулся.
– Пей! Заработала.
Инга вздохнула и взяла бокал. Вино оказалось сладким и кислым одновременно. Неприятно защипало язык и гортань, но затем по всему телу, начиная с груди, разлилось блаженное тепло.
– Испанское! – сказал, с улыбкой капитан Отто. – Тебе известно, как мастер Дюк истребил богомерзкую тварь, что зовут Страшилой? – Спросил он уже серьёзно.
– Он говорил про Апостолаты. – пожала плечами Инга. Она очень хотела казаться беспечной и немного недалёкой. Но на самом деле это было не так. Она уже очень хорошо поняла, в какую опасную игру ввязалась. И прикинуться дурочкой, глупой ученицей было наилучшим, на её взгляд, решением. Так можно было избежать определённой доли неприятностей, и к тому– же получить опыт.
– Да. Апостолаты. – отозвался капитан–охотник на ведьм Отто. – Магия! Считается, что силы для их применения нам даёт наша вера. Но всё не так просто. Видишь ли, – Отто заложил руки за спину и подойдя к окну, уставился на улицу. – Видишь ли, – повторил он, это магия. По своей сути. Да, по большие доли вероятности, её питает не сила Дьявола, но от этого не магией она не становится.
Более того, очень немногие способны использовать их. Эти
Ты можешь решить, что я завидую. – Капитан Отто снова усмехнулся. – магия позволяет истребить нечисть с поразительной лёгкостью. Но цена за это… ты не представляешь, что человек испытывает, когда налагает заклинание.
Сто лет назад на свете жил один охотник. Его звали Петро Маркофф. Кажется, он пришёл с севера. Будто он родился в Московии. Он тоже умел многое. Сильные вампиры и даже демоны тьмы, дрожали от упоминания его имени. Еретики сами сжигали себя, когда Петро собирался охотиться на них. Он применял магию. Не только Апостолаты. Кои он знал и умел применять. Нет. Он брал тёмную магию, магию Дьявола.
Он стал капитаном–охотником. Он объехал всю Европу, был на Востоке, в Китае и в Новом свете. Петро использовал пули, отлитые из чистого золота, наполненные колдовством ведьм. Пил демоническую кровь, держал вместо собаки волколака. Он мог в одиночку одолеть ужасного принца вампиров. Что и сделал. Петро использовал тьму, против тьмы. Он выжигал огонь ещё большим пламене. Умер он шестидесяти лет от роду. Больше тридцати пяти лет из которых он служил Ордену. За этот период он успел утихомирить многие тысячи монстров.
Говорят, когда его хоронили, свечи не зажигались и тёмные тени окружали его склеп.
А двадцать лет спустя после смерти восстал вассаличем, это такой ведьмак, что не мёртв и не жив, он не может умереть, поэтому, в своём безумстве ходит по землям и творит зло, пять охотников поплатились жизнями, в том числе двое его братьев по Ордену, прежде, чем его мятежный дух окончательно упокоился.
