Трясущимися пальцами Карлетт вытаскивает из сумки охотничий порошок, рассыпает половину на ладони, тут же вдыхая. Ведьма чувствует, как магия нехотя сливается с кровью, проходит через всё тело стайкой мурашек. Карлетт прислушивается. За воем ветра и скрипом кареты она отчётливо слышит лёгкие шаги и тихое хихиканье. Глаза замечают в хороводе снежинок мелькающую, быструю тень. Девушка тянется к мечу, выжидая удобный момент для атаки. Взмах. Меч рассекает тонкую ткань вьюги, останавливаясь в нескольких миллиметрах от очерченного кадыка, натягивающего фарфоровую кожу. Медовые глаза смотрят кокетливо, острый клык закусил тонкую нижнюю губу. Девушка высокая, выше Карлетт на две головы. Худа, но сила её тела чувствуется даже через множество слоёв одежды. Белые волосы сплошной волной падают до плеч. Перед глазами Карлетт всплывает образ Фаны. Незнакомка улыбается широко, отодвигает тонким пальцем лезвие от себя и произносит:
— Негоже таким прекрасным девушкам бродить в одиночку, да ещё и в таких опасных местах.
Звук её голоса не уносится быстрым ветром. Наоборот, вьюга будто создаёт вокруг блондинки купол. Хищный взгляд обводит Карлетт с головы до ног, из-за чего та боязливо ведёт плечом.
— Я не была одна, — тихо говорит ведьма, бросая быстрый взгляд на трупы, почти полностью погребённые под снегом.
Блондинка разражается лающим хохотом, а Карлетт осматривает её внимательнее. Взгляд цепляется за нашивку с изображением оскалившей пасть куницы. Несмотря на собачий холод, по загривку ведьмы стекает капля пота. Наёмница перестаёт смеяться и, заметив испуг в серых глазах, радостно скалится.
— Кто? — сипит Карлетт. От осознания, что её кто-то заказал, в горле мгновенно пересыхает.
Блондинка склоняет голову, смешно дуя губы, и пожимает плечами.
— Ты наверняка какая-нибудь важная шишка, да? — тянет она, начиная медленно подходить ближе. Карлетт, напротив, шагает назад, молясь, чтобы ноги не увязли в снегу, и она не упала. — Давно я не видела такой суммы за чью-то голову. Знаешь, мне пришлось перегрызть глотку своему хорошему знакомому, чтобы добраться до тебя раньше.
Наёмница проводит пальцем по щеке, изображая слезу. Она подходит всё ближе, облизывает в предвкушении губы. Бросается вперёд настолько быстро, что Карлетт не успевает даже моргнуть. Шею пронзает болью. Кровь брызгает в стороны, орошая землю красным. Карлетт чувствует, как рвётся кожа, как бешено бьётся вена под чужими клыками. Глухой стук и сдавленное, испуганное ойканье прерывают её мучения. Ведьма падает на колени, хватая ртом воздух. С трудом подняв голову, она видит Эмрис с огромными от страха глазами, из рук которой выпадает обломок доски, и наёмницу, чьё лицо перекосила гримаса злости. Лёгкий взмах руки заставляет Эмрис отлететь в сторону кареты. Хрупкое тело с глухим стуком ударяется о деревянную поверхность, медленно соскальзывает на мягкий снег. Голова безвольно повисает, как у сломанной куклы.
Боль смешивается с отчаянием. Пустой крик вырывается из горла. Губы немеют, пальцы не слушаются. Карлетт не чувствует биения сердца, размытым взором смотря на тело своего фамильяра. Сбоку раздаётся лающий смех. Наёмница что-то говорит, обходит ведьму, поднимая её лицо за подбородок. Ухмыляется. Надавливает большим пальцем на пульсирующую рану на шее и облизывается. Слёзы начинают течь по щекам, но у Карлетт не хватает сил, чтобы поднять руку и стереть их. Безысходность и чувство собственной беспомощности затапливают ведьму с головой, разрастаются в груди огненным шаром, обжигая органы. Она с трудом отталкивает наёмницу от себя. Встаёт медленно, пытаясь удержать равновесие на дрожащих ногах. Блондинка, с интересом наблюдающая за этим, удовлетворённо хмыкает:
— Хочешь поиграть? Я люблю играть. А то убить тебя сразу будет слишком скучно.
Магия этих земель холодная, колючая и неприветливая. Карлетт собирает её по крупицам. Притягивает к себе тонкой струёй, обжигая морозом руки. Пускает по венам жидкий раскалённый холод. Ногти и кончики пальцев покрываются инеем. Посиневшие губы трескаются. Тело начинает бить крупная дрожь. Метель лениво угасает, собираясь внутри Карлетт. Наёмница дёргает головой, смотря, как рассеивается буран. Улыбка медленно сползает с её лица. Она достаёт из-за пазухи клинок и нападает. Быстрая тень проносится рядом с Карлетт. Клинок входит в живот почти до рукояти. Ведьма слышит над ухом победный фырк, а затем истошный вопль, когда холодная снежная магия окутывает женское тело, поднимая его в воздух. Наёмница кричит, царапая ногтями кожу на лице, медленно покрывающуюся льдом. Медовые глаза стекленеют. Хлопья снега разлетаются в разные стороны, когда заледеневшая фигура падает на землю.
Руки безвольно повисают вдоль тела. Карлетт начинает судорожно кашлять. Из-за рта брызгает кровь, тонкой струйкой стекая по подбородку. Карлетт хочет подойти к Эмрис, узнать, как та, но сил хватает лишь сделать шаг и упасть, утонув в мягком снегу. Глаза медленно закрываются. Последнее, о чём думает Карлетт, — надежда, что она больше не проснётся.
