Не один десяток раз немецкие подводники пытали счастья в атаках на корабли Российского Императорского Флота. За почти два года войны им дважды удавалось повредить линейные крейсера, надолго выбивая те из строя, а также потопить два минных заградителя, старый бронепалубный крейсер «Паллада», две канонерские лодки и эсминец, не считая более полусотни товарных пароходов, что курсировали между берегами Швеции и России. Да и мины успели собрать немалый урожай жизней российских моряков. Особенно сильно страдали от них подводники, половина довоенных экипажей которых числилась к маю 1918 года пропавшими без вести. Но точно такую же цену платили и немцы, за которыми вдобавок еще охотились специализированные противолодочные корабли. Так что счет был явно не в их пользу. Тем более, что львиная доля всех новых субмарин, сходящих с верфей Германской империи, тут же убывала в Северное море для действий против Королевского флота и судоходства в целом.
Дредноуты же покинули Рижский залив еще три дня спустя. Причем, имея под боком не только легкие крейсера, и кучу легких кораблей сопровождения, но также целых три авианосца. Ну очень сильно затянулось переоборудование выкупленных флотом трансатлантических пассажирских лайнеров: «Россия», «Курск» и «Митава», отчего их оказалось возможным применить по новому назначению лишь сейчас.
Значительно уступая по всем параметрам полноценным эскадренным авианосцам Черноморского флота, они, тем не менее, отнюдь не являлись совсем уж бесполезными кораблями. Способные нести по восемь аэропланов каждый, все трое обеспечивали не только дополнительную противолодочную оборону соединения, но также способствовали проведению разведки на солидном удалении, что в условиях вечно хмурой Балтики было ой как необходимо. Хотя и тормозили полноценные боевые корабли, не будучи способны выдать скорость свыше 14 узлов. Правда, в условиях сопровождения мониторов и минных заградителей с тральщиками, совершенно не выделялись на общем фоне, спокойно поддерживая ход в 10 узлов. Вот вылетевшие с них F. E.2b и провели разведку Данцигского залива, как только покинувший рейд Мемеля флот преодолел две трети пути до пункта назначения.
Естественно, найти в такой здоровой акватории, чья площадь превышала 18 тысяч квадратных километров, абсолютно все находящиеся в ней суда и корабли, вряд ли виделось возможным, даже если бы на дело были высланы все наличные аэропланы. Но тут, скорее, требовалось подтвердить или опровергнуть факт присутствия близ Данцига линейных кораблей немцев, и, конечно же, субмарин. Что по первым, что по вторым, представлялось вполне благим делом нанести превентивный удар все теми же метательными минами, которыми так удачно не единожды пользовались их черноморские коллеги. Вот и летели «ясны соколы» искать себе работу на ближайшее будущее, заодно выполняя приказ командующего флотом. Или же наоборот.
Наверное, никогда прежде на Балтике не велась столь интенсивная охота на подводные лодки, как это имело место быть в дни проведения данной операции. Если дредноуты с крейсерами то и дело совершали резкую смену курса, идя противолодочным зигзагом, дабы не тащиться с черепашьей скоростью сопровождаемых судов и тем самым не облегчать работу вражеским подводникам, то вот авианосцы с носителями якорных мин требовалось очень тщательно оберегать от нападений вражеских субмарин. А те, казалось, вовсе озверели, стоило только разведке германского военно-морского флота прознать о приближении русских дредноутов.
Еще на подходе к Мемелю на флагманский легкий крейсер «Адмирал Корнилов» поступило сообщение об обнаружении и потоплении немецкой лодки силами «Охотников» за номерами О-34 и О-29. После о том же самом сообщили с О-12. А уже на подходе к северной границе Данцигского залива неожиданной атаке из-под воды подверглись главные силы. Благо из-за наличия огромного количества тральщиков, эсминцев и противолодочных кораблей стрелять немцу пришлось с предельной дистанции, так что ни одна торпеда не попала в начавшие маневры уклонения линейные крейсера, по которым и осуществлялась атака. Так в дальнейшем и продвигались вперед, высматривая едва возвышающиеся над уровнем воды перископы либо же следы от торпед, естественно, тут же начиная уклоняться от последних, при этом стараясь держаться в фарватере проверенном тральщиками, что двигались впереди эскадры с раскинутыми тралами.
