— Тут и удар не нужен, — вновь махнул рукой пришелец из будущего. — Достаточно на самом высоком уровне заключить с немцами устное джентльменское соглашение о дальнейшем неприменении в Балтике дредноутов. Легкие силы пусть друг с другом показательно цапаются. Но не более того. А мы взамен по завершении боевых действий пообещаем оградить их уцелевшие корабли от поползновений англичан. Там ведь, в Берлине, тоже далеко не дураки сидят. Должны понимать, на что Британия в первую очередь наложит свои руки. Мы же в этом вопросе сможем стать для них соразмерным противовесом.
— Это же сепаратные переговоры с врагом! — в очередной раз за эту беседу опешил от услышанного отставной контр-адмирал.
— Они родимые, — ничуть не стесняясь данного факта, согласно кивнул барон. — Или вы полагаете, что таковых прямо сейчас не ведется между Лондоном и Берлином при посредничестве того же Вашингтона, где, и у первых, и у вторых, хватает представителей с лоббистами? Ежели так, то вы, дорогой мой друг, придерживаетесь слишком высокого мнения о политиках и капиталистах. Не забывайте, что у них у всех на первом месте стоят исключительно их интересы и только на десятом — родина. А наш мир не настолько совершенен, чтобы мы могли бы позволить себе не играть по тем же правилам. Принцип подстилания себе соломки, чтобы было мягче падать, еще никто не отнимал. Это ведь только для кайзера Вильгельма II поражение Германии в войне может стать концом карьеры, если не жизни. Для всех прочих лишь откроется новая страница в их жизненном пути. Вполне вероятно описывающая многие невзгоды. Но отнюдь не конец жизни. И это понимают все.
— Так если это понимают все, чего же Берлин не выкинет белый флаг? — задал более чем резонный вопрос бывший офицер, воспитанный на понятиях чести. — Ладно бы мы вели речь о японцах, у которых фанатизм по отношению к своему императору в крови. Но ведь мы говорим о прагматичных немцах! Они не могут не понимать всю тщетность своего противостояния аж семи государствам! Кайзер, конечно, фигура весомая. Но у него имеется наследник. Да и Рейхстаг имеет очень весомый вес. Им-то с чего цепляться за судьбу проигравшего монарха, на которого можно навешать всех собак?
