Двадцать семь лет назад, тогда еще неопытный молодой человек двадцати с небольшим отроду, приобрел типографию. Сегодня его имя знало все королевство. Произносили фамилию «Доровлев» не как по поводу других промышленников, а с заметным оттенком уважения.
Первое его дело, принесшее серьезную прибыль, было печатанье карт. Морякам требовались предельно точные, строившие бурноразвивающиеся железнодорожные пути нуждались в топографических, военные в крупномасштабных, особенно, когда началась война с негусом. В этом деле он скоро стал монополистом.
На первом удачном мероприятии не остановился. Он печатал газеты, книги, календари, проспекты, каталоги. Имел собственный бумажный комбинат, оборудованный новейшими станками и покрывающий четверть потребностей государства. В его компанию входили ежедневные газеты, журналы и целая сеть книжных магазинов. Но прославился он не этим. В его типографиях печатались в огромном количестве всевозможные учебники по минимальной цене с высоким качеством.
А в Натмуке, Баллине и еще десятке городов за его счет действовали и постоянно пополнялись огромные общественные библиотеки, куда поставлялись книги со всего света на разных языках. Не только художественные, но и технические и специализированные издания.
Абонементы библиотеки были недороги. Каждый мог прочитать любые потребные ему издания. В некоторых случаях предоставлялось и право уносить домой для изучения. Однако и этого Доровлеву показалось мало. При своей библиотеке он открыл первую бесплатную читальню в королевстве, где кроме возможности получить книгу на руки в благотворительных целях устраивались литературные вечера. Он прилагал массу усилий, чтобы привлечь к участию в них знакомых литераторов, деятелей культуры.
Именно за это предприниматель сомнительного для государства происхождения был отмечен высоким монаршьим вниманием и достаточно редкой наградой. Патранские деловые люди редко находили в среде правящей Шиолом аристократии благожелательное отношение.
– То есть вот так прямо у Доровлева на глазах заносят в дом подстреленного и разыскиваемого руководителя «Управления Диверсии»?
Сколько за меня в последний раз предлагали, попытался вспомнить Лайс, двадцать тысяч? Ну самому хозяину эта сумма погоды не сделает, зато любой из слуг моментально расстарается. Деньги-то немалые.
– Ну, да. И смотрит он не на тебя, а мимо. На Уилла.
– И как они общались?
– Уважительно. Я тоже подумал. Вариант, – пробурчал Углов, – лекарь ему помог и он в благодарность… Слишком напрашивается.
– Простые ответы обычно самые правильные. Слушай, горшок здесь имеется?
– Сейчас, – ныряя под кровать, пообещал Углов и вылез оттуда уже с вожделенным предметом.
– Рассказывай, – приказал Лайс, справив свои дела. Ощущение было будто он таскал мешки. Вся спина мертвая. А просто поднялся, да еще и поддерживаемый. Пришлось совершать столь важное малое дело сидя. – Дальше.
– А дальше я ничего не знаю. Занесли в комнату, всех выставили и через два часа тебя без сознания препроводили сюда. Он тебя спас. Тот, первый, говорил, только волшебник может помочь!
– Что сделано, то сделано, – помолчав, сказал Рудов. – Что в городе?
– Такого еще не было! Буквально все подряд переворачивают. Третьи сутки все перекрыто и поквартальные обыски. И это… Шаманов приказал в горы тебя отправить, как прочухаешься.
– Значит, ты останешься за старшего.
– А кем я был до сих пор? – нахально спросил Углов.
– Все! Давай обсудим, как и что. Некоторые вещи ты не знаешь. Слушай внимательно и запоминай… Ничего не записывай. Потом перепроверим.
Он принялся диктовать. Голова работала четко. Никаких сложностей. Даже своему первому помощнику он имен не называл. Клички и «почтовые ящики». Сигналы. Это были его личные доверенные люди и раскрывать их очень не хотелось. Углов лишнего любопытства проявлять не станет. Что такое конспирация он хорошо усвоил. И все равно раньше не посвящался во все детали.
– Кажется я просила не долго! – вскричала входя Орна.
Углов моментально взвился со стула и рассыпался в цветастых комплиментах и длиннющих извинениях. Попытался поцеловать ручку, сделал поползновение в качестве извинений добраться до щечки. Девушка со смехом выставила его за дверь, не забыв вручить на прощанье пустые тарелки.
– Будем мерить температуру, – порадовала она Лайса, извлекая из кармана термометр. – Боли есть?
– Самочувствие нормальное, – отрапортовал тот. – Извини, но ты какая-то родственница хозяина?
– Можешь не трусить и говорить свободно, не подбирая приличные выражения, – улыбнулась Орна, – я не дочка Доровлева. Правда и не черно-белая девушка.[7]
– Значит все-таки родственница.
– Что вы все понимаете, – сказала она со вздохом, проверяя показания градусника. Положила его на стол и залезла снова с ногами на кресло. У самого умного в башке все равно – люкасы своих тянут наверх. Они друг за друга горой.
– А оно не так? – устраиваясь поудобнее, заинтересовался Лайс.
– Будто в другом Клане не случается помогать соседям и враждовать с ними тоже. Обычные люди.
– И все-таки?
