В 8-м участке (Фиона теперь даже в мыслях делила город по станциям «Медицинской помощи) не смотря на то что район один из самых старых, до сих пор на улицах обычной брусчатки нет. Как пройдет дождь любой транспорт вязнет в грязи. А на улице со страшно поэтичным названием «Аллея роз» вечно стоят огромные дурно пахнущие лужи, полные отбросов из торговых рядов по соседству. По незнанию, там угодив в яму, легко даже утонуть. Вот цветы отсутствуют.
И все равно прогрессивное покрытие дорог делать никто не хочет. Проблема в огромных вонючих и дымных котлах. Никому не нравится когда у него под окнами копошатся закопченные, будто привезенные с Черного континента трудяги. В окна несет жаром и копотью пополам с противным смрадом. Работа жуткая. Наверное только на том свете грешники могут радоваться такой. Все лучше, чем сидеть вмороженными в лед.
Асфальтщики обычно горбатились на сдельной работе. В день летом иногда до пяти «корон» заколачивали, зимой практически без заработка. Естественно выкладывались напропалую. Дым от котлов стоял столбом до ночи.
Они размешивали густую кипящую массу железными ломами и разливали ее по маленьким котлам. Выливали асфальт на предварительно утрамбованную мостовую и потом укатывали его специальными деревяшками, ползая буквально на коленях. Зато результат получался изумительный. Совершенно не трясет на дороге и можно ехать намного быстрее.
Сам бульвар застроен дорогими магазинами и вдоль дороги посажены деревья. А вид на бухту открывался просто изумительный. Особенно утром, кода встающее солнце освещало море.
Мощный взрыв заставил ее резко затормозить. Справа хорошо было видна обычная картина. Бронепалубный крейсер «Богатырь» в сопровождении четырех эскадренных миноносцев полз в нескольких лигах от города в сторону океана. Четыре крейсера в сопровождении эсминцев регулярно ходили на патрулирование, сменяясь. Эскадры стояли на отдыхе в ВМБ Синенда и в порту Натмук.
Две постоянно болтались в море, пытаясь отслеживать доставку контрабанды и оружия мятежникам. Потом они сменялись. Дежурства обычно страшно утомительные и скучные. Слишком большая протяженность береговой линии и недостаточно возможностей отследить всякий парусник и многочисленные бухточки.
Пользы от этих походов с самого было начала не много, но таким образом флот изображал оказание помощи армии. В основном наблюдением за береговой линией приходилось заниматься кавалерийским частям и СПС. Общественное мнение утверждало, что прока от рейдов не шибко. Во всяком случае, в магазинах не переводились товары прошедшие мимо таможни. Не удивительно если в горы протаскивали кое-что серьезнее риса или имперских кружев, с миксатским ромом.
Сейчас над «Богатырем» поднялся огромный столб белого дыма. Крейсер заметно кренился на левый борт. Два эсминца резко изменили направление, отворачивая от берега. Прошло несколько секунд и корма одного из них будто подпрыгнула, обнажая винты и снова упала вниз. Мина наверняка взорвалась под днищем.
Корабль прямо на глазах развалился надвое. В считанные секунды на поверхности остались лишь несколько голов. Со второго эсминца принялись спускать шлюпки, застопорив ход. Это не помогло. Еще один взрыв ударил по ушам. Судно наскочило на мину. Этому повезло больше. Видимо повреждения оказались не сильными и эсминец продолжал держаться на воде.
Со всех сторон сбегались люди и смотрели на неординарное зрелище. Выскакивали из магазинов, забросив свои дела, останавливали всевозможный транспорт. И солидные люди, раскатывающие на дорогих «лихачах» с резиновыми шинами и обычные грузовые возчики собрались полюбопытствовать. Из порта в сторону терпящих бедствие шло множество разнокалиберных шлюпок и лодок. Корабли с более серьезной осадкой очень резонно не пытались помочь. Слишком велик риск.
– Мы вчера вечером прошли буквально в том же месте и ничего не было, – возбужденно сказал морской офицер с нашивками штурмана и в звании лейтенанта.
Живя в стране, обладающей самым многочисленным флотом, невольно со временем начинаешь разбираться и в званиях, и в должностях моряков. А родившись в Синенде, где жизнь во многом зависит от верфей, судостроительных предприятий и военно-морской базы не отличить, скажем, технических от корабельных офицеров, надо быть от рождения умственно неполноценной. Один взгляд и все ясно – лейтенант с крейсера «Великан», брата-близнеца пострадавшего «Богатыря».
Третья эскадра вчера пришла на отдых и профилактику. А собеседник его не флотский, а береговой специалист в звании капитана первого ранга. Чин не маленький. Судя по сходству родственник, как бы не отец. Семейственная преемственность на флоте обычное дело.
– Значит ночью поставили. Или перед рассветом в тумане. Нельзя все время ходить одним маршрутом!
– Поворот на тридцать градусов, – видимо сам не замечая, что произносит вслух, бормотал лейтенант. – Малый ход.
