По ходатайству главы Ортодоксальной Церкви и шиоликанского епископа Крамарри воины-инвалиды королевской армии в числе 873 человека были переданы представителям Шиола без всяких условий. Таких случаев зафиксировано семнадцать и последний уже после подписания перемирия. Инвалид не подразумевает в некоторых случаях лишенный рук или ног. В НА прекрасно знали, по каким медицинским показаниям списывают подчистую из армии. Содержать и кормить человека, скажем, без половины желудка они не собирались.
В целом отношение к военнопленным было в высшей степени похвальным. Соблюдались практически все положения международного «Договора о правилах военных действий». Исключение составило выплата денежного содержания военнопленным. Но это скорее из-за отсутствия достаточного количества средств. В Народной Армии даже офицеры получали сумму, достаточную лишь для покупки табака. В течение трех последующих лет все положенные суммы были переведены на счета в банках Офицеры содержались под охраной в трех населенных пунктах в специальных бараках под охраной. Нижние чины использовались в основном на сельхозработах. Размещались они в домах хозяев, очень часто легко находили общий язык с ними и проживали в достаточно свободных условиях. В этом смысле они провели время гораздо интереснее, чем их командиры. Некоторые позднее переписывались со своими работодателями, а имеются случаи переезда и женитьбы на местных особах. Достаточно красноречивые показатели отношений.
Не много мы можем вспомнить столь достойных действий на всех уровнях во время войны. В чем причина столь благородного поведения?
Во-первых, в культурном, языковом и религиозном планах особых различий не наблюдается и отсутствует резкое неприятие между двумя народами. Сельский паренек из Шиола легко встроится в хозяйственную систему Патры и очень скоро окружающие его люди думать забудут, что он чужой. Причем это кажется странным для кланового общества, но надо помнить и об отсутствии ярко выраженного превосходства над желающими аборигениться.
Впрочем, шансы что ему или его потомкам напомнят в ссоре о происхождении достаточно велики. Но в целом достаточно много примеров положительного отношения. Не противопоставлять себя, а стать одним из – вот рецепт реальной ассимиляции.
Во-вторых, руководители Лиги с самого начала сделали ставку на желание войти в семью «цивилизованных» держав и тщательно соблюдали благопристойный вид в глазах мировой общественности. Никаких эксцессов, помните: жестокость и злоупотребление своим превосходством – позор, трубила пропаганда. Мы не трогаем посторонних и гражданских! Мы боремся за свободу, но не забываем и общих корнях.
В-третьих, Шаманов явно не хотел давать предлог для полного разрыва отношений. Его вполне устраивал союз с Шиолом, но на его условиях.
Нил присел на корточки, доставая из кармана шинели банку. «Фермер» бегал вокруг, норовя сунуться мордой в руки и бешено махая хвостом. По неизвестно откуда взявшейся традиции часовые обязаны были покормить прибившуюся к посту дворнягу. Польза от него, несмотря на неказистый вид и малый рост, была существенная. Обычно можно было дрыхнуть без проблем под бдительным присмотром. Неведомым образом, отличая офицеров от нижних чинов, песик всегда поднимал громкий лай, если тех тянуло устроить проверку.
На солдат из полка обычно не реагировал, а чужаки на высотке редко бывали. Так что смена обычно обходилась без происшествий и существовали постовые исключительно по причине: «положено». Внизу под ними находилось три укрепленных пункта, в каждом из которых сидел пехотный батальон, а в поселке за спиной находился еще и кавалерийский эскадрон. За все время существования их укреплений ни один лигист не попытался нарушить покой. Все желающие обходили их позиции либо по горам, что не так уж и сложно, либо шли и ехали по дорогам. Шоссейная и железная проходили как раз под охраной полка.
Время от времени из штаба звонили и требовали выпустить несколько снарядов по неким целям в горах. Что там находилось Нилу не докладывали. Видать корректировщики или разведчики в очередной раз обнаруживали группу вооруженных людей. Если учесть, что их собственные специалисты за пол года дальше соседней высоты не потрудились прогуляться, сложно сказать, куда они вообще швыряли снаряды.
По вызубренному навечно уставу обслуживаемая им в качестве подносчика 150-линейная гаубица отправляла 40 килограммовые заряды почти на восемь лиг. А таких в дивизионе восемь. По соседству еще две батареи 100-линейных пушек, так те и на 11 лиг могут. Все равно не разобрать куда попали.
