В понедельник вернулись офицеры. Ромка ожидал вызова на разбор полётов. И он последовал. Но вызвал его не комбат, а замполит капитан Пронин. До этого тоже казавшийся неприметным тюфячком с оттопыренными ушами. Настолько добродушным и незлобивым, что Ромка как-то позволил себе на политзанятии показавшееся ему очень остроумным замечание, чего никогда не допустил бы в учебке с суровым капитаном Осередным. Тема лекции была "Современная международная обстановка". А читал её замполит, то и дело сверяясь с учебником по политподготовке. Все клевали носом, пока Ромка прилюдно не поинтересовался, какие современные реалии капитан находит в учебнике десятилетней давности. В классе раздались смешки, а реакция замполита оказалась неожиданно бурной. Он покраснел и очень эмоционально заявил, что такими вопросами младший сержант Романов демонстрирует свою политическую незрелость и в конечном счёте льёт воду на мельницу империализма. Вот так! Ни больше ни меньше. Ромка, помнится, ещё посмеялся про себя над тупостью замполита и никаких выводов из случившегося не сделал. Сейчас же разговор был какой-то странный. Капитан не кричал, снова говорил тихим, мягким голосом и выглядел довольно дружелюбным. Он не столько говорил сам, сколько задавал вопросы. Расспрашивал о его жизни на гражданке — про учёбу, работу и занятия спортом, а потом неожиданно отпустил. Далее последовал вызов к Бреславскому. Майор выглядел уставшим и расстроенным, хотя и пытался это скрыть. Он тоже говорил с Ромкой в несвойственной ему манере, не мешал с говном, как обычно, а просто выяснил, что произошло, и, с непонятным сожалением покачивая головой, устало произнёс: "Ладно, иди…" Ромка, грешным делом, даже решил, что его пронесло.
