Вытесненные фермерские семейства (в штате Айова в 1940 г. на проезжей дороге очутилось еще 2 тыс. семейств) не в состоянии выдержать конкуренции в отношении аренды земли и вынуждены уехать. Они либо переезжают в более бедные сельские районы, либо в города, либо становятся мигрантами. Механизация, снижая расходы и увеличивая производительность, приводит к появлению ожесточенной конкуренции в погоне за земельными участками, а конкуренция влечет за собой повышение земельной ренты. Не имеющий достаточных капиталов фермер не может, конечно, выдержать подобной конкуренции. Механизация также стимулирует работу на аккордных началах, которая, в свою очередь, вытесняет постоянно живущих на ферме рабочих. Владелец фермы имеет теперь возможность договориться с бригадой рабочих о выполнении ею аккордно почти любой сельскохозяйственной работы. Компании, берущие на себя управление фермами, процветают. Иметь земельную собственность, обрабатываемую чужими руками, стало очень выгодным делом, и многие горожане приобрели себе фермы. В своем показании д-р Тэйлор цитирует следующее замечание: «Сейчас очень модно покупать фермы отчасти для забавы, взамен гольфа, а отчасти в качестве верного места помещения капиталов». В некоторых городах Среднего Запада приобревшие себе фермы дельцы основали «клубы-кафе фермеров», где они, потягивая кофе и дымя сигарами, обсуждают свои «фермерские проблемы». Раньше капитал вкладывался в сельское хозяйство преимущественно в виде займов под закладные, теперь же считается, что именно фермы, как таковые, служат выгодным источником капиталовложения. В районе развивается деятельность земельных корпораций. Так, на 1 января 1931 г. компания «Коллинс фарм» в Седар Рапидз (Айова) имела 150 ферм с общей площадью в 27 496 акров, разбросанных по 31 графству северной части штата Айова[335]. Рабочие этой компании отмечают время прихода на работу и ухода с нее на автоматических часах.
Результаты изменений в кукурузном поясе четко сформулированы в передовой статье «Дэс Мойнес Рэджистер» от 3 марта 1940 г., цитированной д-ром Тэйлором в его показаниях Временной национальной экономической комиссии: «Концентрация означает уменьшение общего количества ферм; сокращение же количества ферм и рост механизации означает уменьшение числа фермеров и их семейств. А это, в свою очередь, означает обострение конкуренции среди арендаторов в борьбе за фермы, рост не устойчивости положения тех, кто отвоевал себе ферму, и значительное увеличение численности безземельных фермеров. Это означает увеличение неоседлого населения, передвигающегося из графства в графство, из штата в штат… Это означает увеличение класса сельскохозяйственного пролетариата».
Происходящий сейчас в сельском хозяйстве Соединенных Штатов процесс, к которому изменения, имеющие место в кукурузном поясе, служат лишь одной из иллюстраций, весьма похож на процесс, приведший в свое время к «огораживанию» в Англии. Социальные и политические последствия подобного процесса вряд ли требуют особого объяснения. «Сейчас идет революция, — сказал профессор Вильям Гопкинс комиссии Толана, — ее не направляют из темных подвалов усатые, бросающие бомбы революционеры. Ее движущая сила более значительна и динамична. Эту революцию нельзя ни остановить, ни загнать в подполье никакими правительственными мероприятиями. Она все время с нами вне зависимости от нашего желания. Эта революция призвана полностью изменить наш образ жизни, наши традиции и наше представление о фермере как о столпе американской демократии».
Много лет назад Ленин, говоря о переменах, происходивших в земледелии Соединенных Штатов, сказал: «Исследователи как-будто даже не подозревают того, какое количество нужды, гнета, разорения скрывается за этими шаблонными цифрами»[336]. Теперь эту нужду, гнет и разорение нельзя ни отрицать, ни игнорировать. Мы внезапно столкнулись лицом к лицу с проблемой, затрагивающей жизнь всего американского народа.
