Однако, прежде чем она успевает что-либо сказать, что, вероятно, к лучшему, Конан опережает ее метафорическим ударом. Губы куноичи Дождя слегка приподнимаются в маленькой, приводящей в бешенство загадочной улыбке. — Как это… мило, — комментирует она, вытаскивая еще один из листов бумаги для оригами и начиная складывать розу. — Это действительно очень мило.
На мимолетную секунду Сакура задумывается, не следует ли закончить тенденцию, которую начала ранее в тот же день, ударив Конан ложкой, которая лежит в ее забытой миске с мисо-супом.
— Тогда вы двое должны исключительно хорошо работать вместе, — продолжает Конан, казалось бы, беспечно. — Отношения, которые одинаково эффективны в профессиональных и межличностных аспектах, редки, но невероятно ценны для всех участников по разным причинам.
— Да, — резко перебивает Сакура, не в силах скрыть, как в ее тоне начинает сквозить сарказм. — Нет ничего лучше, чем использовать собственную нечеловеческую силу для обездвиживания какого-нибудь продажного наемника, который угодит в иллюзию шарингана. В это время мы с Итачи держимся за руки, наслаждаясь криками его агонии. Черт, иногда мы ходим потом за мороженым. Невероятно полезный опыт.
Невозмутимая Конан кладет готовую розу рядом с лебедем. — Для куноичи такого невероятного калибра ты довольно грубовата, Сакура, — слегка упрекает она. — Полагаю, вся эта подростковая драма — твой способ сообщить, что ты хочешь, чтобы я… перешла к делу, верно?
Харуно несколько раз моргает, задаваясь вопросом, на чем она больше зациклена: на «невероятном калибре» или «подростковой драме».
— Прежде чем я продолжу дальше, пожалуйста, не совершай ошибку, думая, что Акацуки особенно нуждаются в твоем присутствии, — сердечно сообщает ей Конан, складывая руки на коленях почти в скромной манере. — Все наши участники имеют мимолетные знания в области медицинских техник. Даже если бы нам действительно потребовался медик типа простого шиноби ранга А, на данный момент, ты технически не подходишь для вербовки.
Синеволосая куноичи предупреждает гневный ответ Сакуры, одаривая ее мягкой, обезоруживающей улыбкой. — Тем не менее, — тихо заканчивает Конан, — твой интеллект намного выше среднего, и теперь, когда Годайме Хокаге… скончалась, твой набор навыков совершенно уникален. Ты безупречно работаешь с самым трудным членом нашей команды, и уже ясно, что вы вдвоем способны уничтожить самых грозных врагов. Ваши с Итачи навыки идеально дополняют друг друга, как в простых миссиях по охоте и убийству, так и в более тонком искусстве шпионажа. Вместе вы могли бы без особых усилий справиться с любым заданием, которое наша организация когда-либо могла бы вам дать. — Она делает короткую паузу, позволяя ирьенину осмыслить услышанное. — …И с твоей стороны, Сакура, теперь, когда мы отказались от целей извлечения хвостатых демонов и установления члена Акацуки в качестве Каге каждой страны, твоему другу Наруто — и любым другим членам Конохи, если подумать — незачем нас бояться.
Харуно уверена в своей отвисшей челюсти. Ей следовало бы решительно и немедленно отвергнуть это предложение, но она слегка наклоняет голову набок в раздумье, настороженно наблюдая за Конан. Из того, что отступница заметила до сих пор, и из небольших фрагментов информации, которыми поделился Итачи, идеи Пейна и Конан об управлении Акацуки, сильно отличались от видения Мадары. Однако Сакура не думала, что они полностью откажутся от выбранного ранее направления в пользу совершенно другого развития событий.
— Есть другие способы контролировать Японию и принести ей мир, — объясняет Конан, словно читая мысли Сакуры, пожимая одним плечом. — Мы все еще не уверены в наших точных планах, но страна не сосредоточена вокруг дел шиноби. Теперь, когда Мадара оказался устранен из общей картины, наши горизонты значительно расширились.
Ирьенин настолько ошеломлена, что ей особо нечего сказать, но, наконец, она осознает тот факт, что медленно качает головой из стороны в сторону. — Я ценю предложение, — лжет девушка, стараясь, чтобы тон оставался как можно более ровным и дипломатичным. Девушка кладет руки на колени, чтобы перестать нервно сплетать пальцы. — Но я верна только Конохе, какой она была… и какой станет снова, как только Наруто вернет ее.
— Я ни в малейшей степени не оспариваю это, — совершенно серьезно отвечает Конан. — Из того, что говорил Мадара, Наруто вырос в мастерстве достаточно, чтобы попытаться захватить власть в течение следующих полутора лет. Помоги ему в перевороте. Ты даже можешь посещать деревню в перерывах между заданиями или всякий раз, когда чувствуешь, что это необходимо, до тех пор, пока остальное время являешься полноправным членом Акацуки. Более чем вероятно, что для тебя как для нашего… дипломата, в некотором роде, откроются невероятные возможности. Как Хокаге, Наруто, несомненно, прислушался бы к тебе, когда ты сообщишь ему, что технически Акацуки больше не будут врагами Конохи. Пока они не мешают нам, мы не будем мешать им.
