Куноичи говорит это не из мстительности или чтобы уберечься от удара в живот его катаной — вариант, который, похоже, с каждой секундой становится все более вероятным. Сакура говорит это только потому, что знает, что Саске достаточно умен, чтобы все понять.
— Разве это не должно быть очевидно? — Тихо спрашивает отступница, беря одну из его рук в свою как для того, чтобы освободиться от его хватки, так и для того, чтобы Саске было за что держаться, потому что, само собой разумеется, подобное откровение должно, мягко говоря, шокировать.
Тихо произнесенные слова тяжело повисают между ними. Челюсть Саске сжимается, и на мгновение Сакура действительно думает, что он собирается ее ударить. Но Учиха этого не делает, как и Харуно, которая настороженно изучает парня, когда он делает глубокий, прерывистый вдох, на мгновение закрывая глаза.
Она никогда не видела, чтобы Саске выглядел таким беззащитным, даже во время поцелуев их последней встречи. Немного пугающе, но странно завораживающе видеть, как один из сильнейших шиноби ее поколения (Саске, ее Саске) распадается на миллион кусочков прямо у нее на глазах, а затем медленно, кропотливо начинает собирать себя обратно.
Саске внезапно отпускает девушку, резко отворачиваясь, повернувшись к ней спиной. Длинные волосы растрепались во время их борьбы, и хотя Сакура знает, что ей, вероятно, следует просто уйти, несмотря на произнесенные слова и действия ранее… Но когда-то это был ее товарищ по команде, один из ее самых близких друзей, ее первая любовь.
Поэтому ирьенин делает шаг вперед и храбро протягивает руку, чтобы положить ее на спину, так легко и безобидно, как только может. Учиха вздрагивает, но не делает движения, чтобы отмахнуться, как раньше, и, кажется, долгое время между ними не раздается ни звука, кроме почти болезненного прерывистого дыхания Саске и стука дождя по крыше склада.
— Ты не собираешься допрашивать меня? — Сакура ошеломлена, как очевидным принятием и доверием к ее словам, так и отсутствием любопытства к деталям. — Имею в виду… Когда я впервые увидела его… Я не могла в это поверить. Поскольку Чиё и… Цунаде–шишо мертвы, а они были единственными шиноби, которые могли выполнять техники воскрешения. На мгновение я, честно говоря, подумала, что это что-то… сверхъестественное…
Саске по-прежнему не смотрит на нее, но издает тихий звук в глубине горла, чем-то напоминающий Итачи. — Зачем тебе лгать? — Категорично спрашивает парень. — Кроме того — его запах… сигнатура его чакры… Они повсюду на тебе — твоя кожа, твои волосы. И я должен был догадаться, что Итачи слишком силен для Мадары, чтобы тот позволил ему умереть.
Сакура проводит рукой по его левой лопатке маленькими успокаивающими круговыми движениями, прежде чем медленно отвести ее. Учиха не поворачивается к девушке лицом, но его голова слегка наклонена. Они стоят достаточно близко друг к другу, так что ирьенин чувствует тихий вздох Саске. — Ранее, — голос шиноби низкий и напряженный. — В нашу последнюю встречу… это было из–за…?
Возможно, Харуно испытывала к бывшему товарищу по команде невероятное количество гнева и обиды, но, Ками, она не хотела причинить ему такую боль. Однако из лжи ничего хорошего не выйдет, поэтому отступница наклоняет голову на долю дюйма. — Да, — тихо отвечает девушка.
Саске не двигается, и Сакура внезапно понимает, что с радостью бы отказалась от зрения в левом глазу, чтобы узнать, о чем он думает. Но Учиха справляется с этим лучше, чем она когда–либо себе представляла. Куноичи думала, что Саске взорвется от гнева и негодования и обрушит жестокую словесную — или физическую — атаку на нее, Итачи или на них обоих.
Именно в этот момент, как ни странно, когда они вдвоем стоят на заброшенном складе под дождем, посреди бушующего муссонного шторма, Сакура осознает, насколько каждый из них повзрослел. Несмотря на разные жизненные пути, они каким-то образом умудряются пересекаться.
— Он здесь?
Тихо заданный вопрос застает ее врасплох, на мгновение отступница не знает, как ответить. Однако она всегда была исключительно талантлива в чтении языка тела: в физической позе или выражении лица Саске нет ничего, что указывало бы на какую-либо форму враждебности.
— Точно не здесь, — бормочет Сакура. — В штаб-квартире Акацуки. — На мгновение девушка замолкает, а затем неуверенно произносит следующие слова, словно предложение мира. — Ты хочешь…
Она замолкает, прерываемая медленным покачиванием головы Саске. Он почему–то выглядит старше, чем в начале их странной встречи. Сакура не может не заметить, что его волосы и челка теперь такие же длинные, как у Итачи. Может, старший Учиха все еще немного выше и стройнее, но они оба поразительно похожи. — Не сейчас, — тихо отвечает Саске, отстраненно глядя в сторону, выражение его глаз непроницаемо.
