На обед троица отвела подругу в ресторан, куда ее водили родители, после того, как она получила звание генина. Сакура даже смогла немного посмеяться. После этого они растянулись на травянистых тренировочных лугах десятой команды, тихо разговаривая, несколько раз прошли по красному мосту, перекусывая виноградным мороженым, которое купил им Чоджи. День, конечно, закончился походом в Ичираку. Этой боли нет конца. Сегодня она нуждается в друзьях больше, чем когда–либо. Но их не будет: ни Наруто, ни Сая, ни Ли, ни Тен-тен, ни даже Неджи и Хинаты… Девушка скучает по каждому из них так сильно, что ее чуть не выворачивает.
Ирьенин кладет голову на колени и тоскует по смеху Наруто, по непонимающему взгляду Сая и даже по тому, как он почти ласково назвал ее уродиной, по громкой, властной привязанности Ино и по более сдержанной, но не менее крепкой дружбе Шикамару и Чоджи. В этом году она не будет сидеть, прижавшись плечом к плечу с ними в Ичираку, Ино не будет швырять в нее коробки с неуместными подарками, а Наруто — игриво флиртовать. Даже думать о подобном кажется иррациональным. Похоже, она впервые поняла, что никогда не сможет вернуть то время обратно. Бывают моменты, когда пережитое начинает приобретать сюрреалистическое качество. Она почти убеждает себя в том, что выполняет долгую и опасную миссию и что когда-нибудь сможет вернуться домой, где ее встретят с распростертыми объятиями.
За исключением того, что возвращаться больше некуда. Место, которое Сакура называла домом, которое она любила и которому поклялась в абсолютной верности, стало чужим. Если ее поймают в радиусе ста миль от деревни, то запытают до смерти. Да, это больно, но незнание о судьбе кого-нибудь из самых близких друзей, в миллион раз хуже. Куноичи изо всех сил старалась не думать об этом с тех пор, как покинула Коноху, но сегодня вечером стены, которые она так старательно возводила, начали раскалываться, угрожая сокрушить силой подавленных эмоций.
Удручающие, разрозненные фрагменты мыслей продолжают беспорядочно кружиться в голове. Харуно закрывает глаза, ее пальцы достаточно крепко сжимают локти, чтобы оставить синяки. Она пытается очистить разум, использовать техники медитации, которым Шизуне пыталась научить ее, но это, как всегда, не приносит облегчения.
Сакура немного отодвигает занавески от окна, слегка прислоняясь раскрасневшимся лбом к холодному стеклу. Она проводит кончиками пальцев по стеклу, рассеянно рисуя завитки и фигуры и желая, чтобы день уже закончился.
Большая часть двадцать восьмого марта — день, похожий на любой другой.
С самого утра лил холодный дождь. Девушка изо всех сил старается не думать о том, что в Конохе всегда тепло и солнечно. Она ест на завтрак сырые вафли с корицей и слишком большим количеством сиропа, которые предоставляет гостиница. Поскольку Итачи считает вафли ниже своего достоинства, он терпеливо пережевывает два ломтика сухого и слегка подгоревшего тоста. Сакура собирается вернуться в номер и взять немного своих денег, чтобы ознакомиться с тем, что есть в городе с точки зрения покупок, и, возможно, даже купить себе что-нибудь. Услышав о планах напарницы, Учиха смотрит на нее несколько мгновений. — Позже, — говорит нукенин, наконец. — Мы должны немедленно приступить к работе.
Харуно выходит из состояния смятения. — Что? — Резко спрашивает ирьенин, постепенно возвращаясь к обычному поведению. Она уронила вилку, которая с громким стуком приземлилась на тарелку. — Но еще так рано.
Итачи в недовольстве морщится. — Ранее утром я попросил, чтобы нам разрешили приступить раньше, — он встает из-за маленького столика, убирая свою тарелку, стоя спиной к ней. — Я предполагал, что тебе придется по душе свободный вечер, в свете обстоятельств, — объясняет Учиха немного натянуто в ответ на ее незаданный вопрос.
Учитывая погоду и свое настроение на прошлой неделе, Сакура не думает, что хочет сделать что-то необычное сегодня вечером, но его слова на удивление тактичны. Она слегка улыбается, маленький жест кажется незнакомым, но искренним. — Спасибо, — от чистого сердца благодарит девушка.
На краткий миг Итачи выглядит так, будто хочет сказать что-то еще. Вместо этого, он наклоняет голову на долю дюйма и выскальзывает из кухни. Харуно некоторое время продолжает ковырять несколько оставшихся кусочков сырых вафель, после чего проводит рукой по волосам и позволяет себе роскошь одного долгого вздоха.
Сегодня не самый удачный день.
Они проходят мимо витрины, заполненной разноцветными воздушными шарами, точно такими же, которые Какаши-сенсей, Наруто и Саске подарили ей на тринадцатый день рождения, который она провела в составе седьмой команды. Сакура не сводит глаз с дороги до конца прогулки. Есть тысяча незначительных напоминаний о Конохе и ее друзьях, которые она, кажется, замечает повсюду, что… неудобно, мягко говоря.
