– Среди людей вообще редко встречаются безгрешные, – парировала. – И мы с тобой не исключение. Где спала твоя совесть, когда ты первый раз украл драгоценную безделушку у какой-то богачки? Думаешь, ты не нанёс ей никакого ущерба? Откуда такая извращённая логика? «Я делаю людям хорошо, а остальные – плохо!» Чем ты лучше?
– Я никого не убивал! Я только забирал лишнее!
– Ты брал то, что они заработали!..
– Но заработали нечестным путём!
– А наш способ заработка – честен?!
Арилон на мгновение замолчал.
– Ты ничего не знаешь о Лауле, – горько подвела итог я. – Ты не в курсе причин его поступков, не видишь скрытых мотивов. А всё потому, что они гораздо сложнее низменных инстинктов «поесть» и «поспать». Выше простого желания выжить.
– Ты хочешь сказать, что он всегда преследовал великие цели? И на его совести нет ни одной невинной души?
Здесь я вспомнила ту боль, что испытала в руках Лестера… Которую можно было избежать, сведя всё к простому убийству… И уют отчего дома рассыпался в прах.
– Безгрешных нет, – твёрдо повторила я. – Все получат по заслугам. Рано или поздно. Все. Включая нас с тобой.
Мне было плохо. От воспоминаний, от разочарования, от сомнений… Вместе с жалостью к брату моральная боль прямо-таки разрывала меня на куски!
Да. Я очень хотела, чтобы Ари пришёл к Инквизитору за помощью. Но выбор всё равно оставался за ним. Пока же каждый из нас остался при своём мнении…
Не попрощавшись ни с кем из родных, не сказав ни слова брату, я покинула квартиру, спустилась вниз и вышла на улицу, рассчитывая немного подышать свежим воздухом. Успокоиться… Как вдруг осознала, что не вижу обещанных телохранителей! Их не было. Нигде. Ни рядом, ни за углом, ни на горизонте. Я огляделась ещё раз. Ни людей, ни транспорта… Отсутствовал даже тот флаер, на котором мы прибыли! Я осталась совершенно одна… И смертельный страх пронзил моё тело.
На негнущихся ногах я медленно повернулась назад, сделала шаг к двери… И упёрлась в мужскую грудь.
– Бронеткань?.. – задумчиво поинтересовался незнакомец в маске.
Сглотнув, я испуганно отступила, наткнулась на второго бандита и забилась в чужих руках, тщетно пытаясь высвободиться из вполне профессионального захвата…
– Отпусти! – прошипела я. – Своих не узнаёшь?
Однако всё было напрасно. Всерьёз мои слова воспринимать никто не собирался.
А я говорила Лаулю, что мне следует одеться попроще! Предупреждала, что в трущобах уже давно научились отличать пришлых от местных по одному внешнему виду… Но лишнее внимание показалось моему мужу несущественной проблемой. В отличие от ситуации, в которой его будущая супруга вдруг оказывалась без физической защиты перед лицом опасности. Ведь он приставил ко мне трёх отличных телохранителей… Которые в самый неподходящий момент испарились каким-то загадочным образом. И теперь у меня имелся только один выход.
– Что вам нужно?.. – спросила, прекратив сопротивление. – Чего вы хотите?
Обычно требовали денег. Забирали драгоценности, оружие. Иногда – раздевали донага, чтобы посильнее унизить, и прогоняли прочь… Но не причиняли никакого физического вреда. Было слишком опасно так сильно преступать закон… И я была готова выдержать всё, любые моральные или материальные неудобства. Лишь бы уйти живой…
– Ничего. Нам уже заплатили.
Подобного исхода я не ожидала – мигом похолодела от ужаса, дёрнулась снова и почувствовала, как что-то прокалывает кожу… Сознание поплыло, а следом я мягко погрузилась в темноту, так и не успев сообщить Лаулю свою потрясающую новость…
Жажду я почувствовала ещё до того, как пришла в себя. Закашлялась от первого вдоха, попыталась сесть, рассчитывая пропихнуть воздух хоть куда-нибудь… Но не получилось. Ноги не слушались, спина не гнулась, голова не поворачивалась… Я почувствовала, что задыхаюсь, и непременно бы умерла, не подтолкни меня кто-то под лопатки, одним ударом выбив из ссохшихся лёгких всё лишнее и вновь вернув мне способность дышать.
Наконец, справившись с приступом, я открыла рот, чтобы попросить воды, но из горла не донеслось ни звука – и меня охватила паника. Я вспомнила, куда должны были отвезти мою бессознательную тушку, точнее, к кому – и испугалась, представив, что могли со мной сделать на Патриоре.
Для успокоения мне требовалось срочно разлепить веки и осмотреться, однако без помощи рук у меня ничего не выходило. В отчаянии я дёрнулась вперёд и наткнулась на что-то лицом. А затем некто заботливо придержал меня за затылок и осторожно поднёс к губам ёмкость с водой.
О, какое это было блаженство, ощутить во рту вкус живительной влаги!..
