Я еще забежала проститься с хозяюшкой. Мы с ней обе, не стесняясь, всплакнули.
– Покидаешь меня, малышка? Что ж поделаешь! Я тоже зимовать в Свиднице не собираюсь. Поеду в центральную Польшу. Ухаживать уже и сейчас почти не за кем, «промышлять» тоже скоро нечем будет, так ради чего здесь торчать? Обязательно запиши адрес моей сестры. Она всегда знает, где меня искать. Если тебе когда-нибудь придется туго, не раздумывай, вали прямо ко мне.
Я устала и мечтала только о том, чтобы поскорее кончились эти прощальные церемонии. Мне преподнесли много подарков: заведующий – кожаную куртку, хозяюшка – шелк на платье, а ребята – огромную коробку с перчатками.
– Получай перчатки. Тут их навалом – для внучек хватит.
– Спасибо, большое вам всем спасибо, – повторяла я, уже сидя в машине.
Шофер принадлежал к числу людей, истово относящихся к своей профессии. За рулем он был сосредоточен и уверен в себе, к пешеходам и другим водителям относился с пренебрежением.
– Глядеть тошно, как эта орава мотается по шоссе. Где у них глаза? Где у них соображение, я знаю, только вслух говорить не хочется. Едва разберется такой сопляк, где коробка скоростей, а где муфта, как пожалуйста – он уже за баранкой. И давай газу… Самой малости им недостает: винтика. Причем в башке.
Монологу, начатому в момент отъезда и прерываемому лишь сообщениями об угрожающем состоянии мотора, не было конца. Я молчала. Покосившись на меня, шофер затянул новую песню:
– Удивляюсь я тебе. Могла ведь в Свиднице пожить. И зачем тебя в Свебодзицы понесло? На тот свет торопишься? Тифом заболеть нетрудно, а там пиши пропало.
– Я не заражусь. Мне же сделали прививку. Впрочем, у меня не было выбора. Между Свидницей и Свебодзицами особой разницы нет. В Свиднице я оставаться не могла, куда ж еще податься? Опять в неизвестность? Так уж лучше в Свебодзицы, по крайней мере, я знаю, что там и как. А опасность по всему району одинаковая.
У перекрестка нам преградил путь милиционер. Водитель с профессиональным неудовольствием остановил машину.
– Ты представить себе не можешь, до чего мне эти фокусы на нервы действуют. С виду вроде милиционер, а там черт его разберет – может, бандит переодетый. Я всегда так делаю: левой рукой документы подаю, а правую держу в кармане. Предохранитель у меня на всякий случай спущен. Одно движение – и голубчик готов, как пить дать.
Впереди замаячили какие-то фабричные строения, за ними ряды домиков, крытых красной черепицей. А чуть подальше целый зеленый массив – наверно, парк.
– Вот мы и в Свебодзицах. Я, когда бы сюда ни приехал, обязательно захожу в пивную. Отличное у них пиво. Дьявольски крепкое. Две кружки – и человек на взводе. Сегодня я могу себе это позволить, обратно мне ехать только завтра.
Машина свернула вправо, и я еще издалека увидала знакомую надпись: КРАСНЫЙ КРЕСТ.
– Привет, Катажина! – закричал кто-то из окошка высокого первого этажа. – Приехала все-таки. Нам звонили из Свидницы. Заведующий сказал, что ты приезжаешь, а я решил – это розыгрыш. Вот здорово, что ты к нам перебралась, веселее будет.
– Ты здесь, Витек? – удивилась я. – А я думала, ты в Сольцах.
– Был там. А во вторник нас сюда привезли, здесь работы будет побольше. Но пока спокойней, чем было в Свиднице.
Про Витека, кроме имени и фамилии, которые он сообщил неохотно и неуверенно, никто ничего не знал. Как-то еще в Свиднице Мацеевский спросил прямо:
– Объясни, почему ты напускаешь на себя какую-то таинственность? Может, что-нибудь скрываешь?
Витек сразу сник, съежился. И лишь немного погодя смущенно пробормотал:
– Что я, один такой? У любого что-нибудь найдется. Но ведь я стараюсь, верно?
С виду ему можно было дать не больше двадцати лет. Спортивная фигура, волосы ежиком. В лице что-то детское, и глаза большие, честные. Такой должен быть хорошим товарищем.
Витек помог шоферу выгрузить мой багаж и посоветовал сразу выбрать себе жилье. Долго искать не пришлось. В соседнем доме было несколько свободных, полностью обставленных квартир.
Один ковер оказался великоват для новой квартиры, но Витек помог мне его расстелить.
– Пускай проветривается, иначе моль съест. Буду его подворачивать то с одной стороны, то с другой.
– Нравится тебе квартира? – спросил Витек.
– Нравится. Но меньше, чем свидницкая, хотя я там даже ни разу не переночевала. Да и эта хороша, я наверняка скоро привыкну.
В дверь заглянул красивый блондин, как оказалось, мой новый начальник.
– Мариан, – коротко представился он. И добавил: – Сегодня отдыхай. Об остальном тебе расскажет Витек. Пока!
Так знакомились в Красном Кресте. Впрочем, не только там. Знакомых, как правило, у каждого было столько, сколько встречалось на пути поляков.
Перед ужином я еще успела познакомиться с медсестрой Висей, которая приехала в Свебодзицы из Валбжиха. Немного поболтав, мы решили поселиться вместе. Вися мне понравилась. Она была немного постарше меня, веселая, энергичная, аккуратная – в Красном Кресте все одевались опрятно, но Висин воротничок сверкал просто немыслимой белизной.
