Может, стоит заглянуть в самое начало, когда он видел у своих ног умирающую. Разве только красивую молодую бледнолицую увидел он? Сколько молодых, белых женщин оставлял он умирать в прерии, равнодушно отворачиваясь от них. Сколько из них молили его помочь им, сколько из них просили, как о великой милости, добить их, и никто не тронул его сердца? Почему же она? Что заставило его сохранить жизнь именно ей? Что было в ней такого, что остановило руку, решившую выдернуть нож из смертельной раны не ее груди? И когда зажглись звезды, Великий Дух ответил воину. Хении вдруг вспомнилось, то мимолетное видение у тела умирающей Белой, которое после сгладилось. Тогда он увидел ее волю к жизни. Он увидел, как ее светлый дух боролся, не желая покидать тело. А то, что она рассказала сегодня на совете? Он испытал слишком сильные переживания, чтобы сразу понять, что видение, рассказанное ею, и было главным. Разве оно, ее видение, так уж отличалось от его сна? Хения закрыл глаза в благоговении. Она была по духу равна ему, и если это было так, Великий Маниту даст ему знать об этом. Однако, он не спешил покидать холм, а запрокинув голову, с тайной надеждой глядел в ночное небо. Может, Великий Дух откроет ему и то, что произошло в священной пещере в Черных Холмах? Но ответом ему было лишь лукавое перемигивание звезд. Что ж, даже Великий Дух не властен над женскими тайнами. Возвращаясь на рассвете в лагерь, Хения увидел Белую, ехавшую на Лори ему навстречу.
