Я полагаю, это означает, что Ева родила двадцать восемь детей, сама принимая у себя роды, потом Каина и Авеля, а потом… Из текста поэмы изъяли одно четверостишие, явно содержащее Сетову ересь, хорошо известную модификацию синкретической теории климентиан, согласно которой Сета следует считать предшествующей инкарнацией Иисуса[179]. Следует напомнить, что Рея названа в загадке «Поэмы Талиесина» одновременно матерью Зевса Критского и матерью Ромула. По легенде, она родила нескольких детей, которых пожрал ее возлюбленный Сатурн, пока не произвела на свет Зевса; Зевс избежал злой участи и отомстил Сатурну за смерть братьев, оскопив его. Гвион намекает, что Ева, отождествляемая им с Реей, родила в общей сложности тридцать детей, а потом божественного младенца Сета. Число ее детей равняется тридцати, несомненно, потому, что «царство Сатурна» длилось тридцать дней и достигало апогея на празднестве середины зимы, которое впоследствии превратилось в Рождество или Святки. Буква R (названная «Riuben», или «Rhea», или «Reu» в алфавите Бойбел-Лот и «Ruis» в алфавите Бет-Луш-Нион) отводится последнему месяцу года. Таким образом, царствование Сатурна соответствует христианскому Рождественскому посту, предшествующему рождению Божественного Младенца. Сэр Джеймс Фрэзер приводит детальное описание этого тридцатидневного периода в «Золотой ветви», излагая житие мученика IV в. святого Дасия. Климентиане отвергли принятую официальной Церковью историю грехопадения, как унижающую достоинство Адама и Евы, и Гвион в своей поэме возлагает вину за их изгнание из рая исключительно на Сатану.
«Двенадцать юношей, четверо из них – ангелы» (то есть благовествователи) – это явно двенадцать колен Израилевых, по четырем из коих – колену Иосифа, колену Симеона, колену Иуды и колену Левия (Матфея) – были названы канонические Евангелия древнего варианта Нового Завета. Не исключено также, что они символизируют двенадцать знаков зодиака в синкретической доктрине климентиан.
Строфа
требует тщательного разъяснения. Вавилонские иудеи полагали, что «смешение языков после падения Вавилона» – это разрушение знаменитого зиккурата, или вавилонских «висячих садов». Однако строительство зиккурата, в отличие от башни, было завершено. Скорее всего, этот миф берет начало в «смешении языков», которое произошло в начале второго тысячелетия до н. э., когда индоевропейские племена завоевали Библ – столицу «людей моря», испытавшую сильное влияние Египта. Несомненно, «смешение языков» в Вавилоне наблюдалось, однако оно произошло не вследствие внезапной катастрофы, да и собеседники, в конце концов, могли общаться на официальном ассирийском языке. Я не знаю, точно ли жители Библа начали возведение огромного храма и не успели его завершить, когда город штурмом взяли войска неприятеля. Однако, если это так, столь крупную неудачу естественно было приписать божественной зависти к подобному новшеству.
Более того, Азией звали супругу Иапета (выступающего в Книге Бытия как Иафет, сын Ноя), родившую ему «пеласгов» Атласа и Прометея; таким образом, «земля Азиатская» в строфах шестой и двадцать четвертой – это Восточное Средиземноморье, хотя точнее было бы сказать «юг Малой Азии». Царь Соломон, правивший спустя тысячу лет после первого падения Библа (за это время его несколько раз разоряли и вновь возрождали), возможно, постиг религиозные тайны и обрел высокую ученость именно в Библе, по-древнееврейски Гебале, так как именно жители Библа помогали ему строить Храм. Об этом упоминается в Третьей книге Царств (5: 18), хотя в авторизованной версии Библии короля Якова обозначение «уроженцы Гебала» неправильно переведено как «каменотесы»[180]:
«Обтесывали же их [камни] работники Соломоновы и работники Хирамовы и гивлитяне и приготовляли деревья и камни для строительства дома».
«Гебал» означает «горная вершина». Мудрость Библа (от названия этого города образовано греческое слово «книга» и английское «Bible», «Библия») Иезекииль, пророк, которому ессеи, по-видимому, были обязаны более прочих, сравнивает с мудростью Хирама Тирского (Иез. 27: 8–9); Тир в древности был центром торговли с Критом. Соломон, конечно же, возвел свой храм в эгейском стиле, и он весьма напоминал храм Великой богини в Гиераполе, описанный Лукианом в «De Dea Syria»[181]. Неподалеку от Библа находилась колония данайцев, основанная в XIV в. до н. э.
Не исключено, что, хотя халевиты толковали имя Адам как семитское слово «едом» («красный»), изначально героем Хеврона был данайский Адамос (Adamos), или Адамас (Adamas), или Адамастос (Adamastos), «Непобедимый» или «Беспощадный», каковым эпитетом Гомер наделяет Аида, заимствуя это определение у его матери, богини Смерти.
