Девочка попросила принести что-нибудь поесть. Говорила, что ее мама сильно исхудала и ей трудно вставать с кровати в дневное время. Он так и не разглядел ее маму среди спящих — рассвет возвращал в действительность.
За окном замка начал идти дождь, когда Лейдал проводил последнего человека из помещения. Надо просмотреть накопленные письма, отправленные герцогу. Радостного ничего птицы не приносят — одни просьбы да жалобы. Потом нужно будет еще раз подсчитать серебро и золото, затраченное на приготовление праздников, и расплатиться по долгам. Виконт Мортен Бестейн в очередной раз жалуется на барона Эстере ле Баана. Первый утверждает, что его сосед понабрал наемников и посылает их разорять земли семьи Бестейнов. Просит герцога разобраться в ситуации и наказать барона. В других письмах также шли просьбы от вассалов Вилдэра и сожаления по поводу пропажи его дочки. Лейдал небрежно отодвигал пергаменты, но одно письмо задержал в руках — от одного из сыновей Бертольда Кривопалого. Дамиан раз в год отправляет птицу к Лирам и сообщает, что в его владениях пропадает народ и, он не знает, кто в этом повинен: нечистая сила или люди. Пишет, что его земли прокляты, полны чудовищами и ему нужна помощь. «Неужели его воинственный папенька никак не может ему помочь? — подумал Лейдал, вспоминая, как читал такое же письмо еще пять лет назад. — Какое дело герцогу до Анерона и каких-то там пропаж? Этот Дамиан отчаялся? Земли те принадлежат Кривопалому, вот, пусть и помогает сыну».
Группа капеллана отправилась в форт, который находится во владениях Дамиана. Может ли им там грозить опасность? Это было глупо отправлять их туда, как и вслушиваться в несуразные речи на празднике. «Ребенок в другом мире? В самом деле? И в это верят…. — Лейдал твердил герцогу, что они тем вечером окунулись в море лжи и усмешек, но добрый Вилдэр, конечно же, не послушал своего сенешаля. — Как и я поверил в свое повторяющееся видение, авелинку и гипноз».
Он постучал пальцами по кедровому столу и еще раз глянул на текст письма. Чудовища, нечистая сила, проклятия — все это преувеличение и вранье. Настоящая опасность, которая может грозить им, — люди. Стоило, наверное, выделить больше мечников для сопровождения, хотя, если даже с ними что-то случится, то последствия не будут неприятными. На Энит плевать, она никто, однако герцог ей дорожит. Но Адриан — младший сын баронессы, и Лиры вместе с последователями Десяти Пророков несут за него ответственность. Разбирательства с родом Вандере, если паренек пострадает, двору не нужны.
Лейдал отодвинул кресло и приблизился к окну. Брызги от дождя касались его пальцев, когда он положил руку на подоконник из белого камня. Сосны, усеявшие Рощу Предка, легонько покачивались, а дубы, протягивающие ветки к Лейдалу, уже начинали золотить листья, предвещая уходящее лето.
В дверь постучали.
— Можно, сударь? — спросила Дайона.
— Заходи.
Она уселась на стул и подправила темные волосы. На ней тот же вызывающий черный пеплос с алыми кружевами.
— Ну-с, когда же уделим время нашему старому рыцарю? Прошло несколько дней после расспроса Гвенет. Пора уже.
— Я больше не нуждаюсь в твоих услугах.
Дайона приоткрыла рот и ахнула.
— Простите?
— Ты все слышала. Аванс можешь оставить себе — все-таки время же потратила для приготовлений.
— Деньги тут ни при чем. Я и бесплатно помогу. У нас тут загадка, с которой надо справиться, а вы от нее убегаете.
— Загадки… Разбирайся с ними одна. Потом, может, поведаешь о разгадке. Хотя, нет, не надо. Оставь ее себе.
— Почему вы не хотите расспросить сира Карвера? Вам не понравился прошлый сеанс?
— Нет, просто… Я теряю время. Это — нелепица, не имеющая смысла.
— А ваш сон?
— Тоже. В последние дни этой нелепице я уделил слишком много времени.
— Вы построили некую связь с Дэйном, когда начали думать о нем. Найдя портрет с капелланом, вы принесли его домой и стали видеть сон. Дайте развиться видениям, не отказывайтесь от них, быть может, вы сможете помочь Дэйну найти Бетани Лир?
— Что ты говоришь такое… — Он растер голову, которая начала покалывать. — Это гребаный сон, не имеющий смысла… А Гвенет говорила лишь то, что мы хотели от нее услышать, — неопределенности с приправой таинственности. Актриса из нее хорошая и на ходу придумывать умеет.
— Но ведь вы сами, услышав о гипнозе, повели меня к служанке. Лейдал, вы думали об этом давно, и сейчас представилась возможность. Не упустите ее.
— На это тратить время я больше не буду.
— Чего вы боитесь?
— Боюсь? — с раздражением спросил он.
Синие глаза авелинки пожирали его.
— Вы говорили про алый дом со спящими людьми. И вы убегали. От кого?
Он и вправду боялся. Последний сон все изменил. Если поначалу виденья отца и вересковые долины, скрывающие жилище с людьми, вызывали интерес, то последние слова Розы заставили его почувствовать себя слабым, подобно брошенному щенку.
«Не спящих он забирает в погреб, и мы их уже не видим… Нам приходится притворяться, что мы спим», — рассказывала Роза. — «Кто забирает?» — «Человек с белым лицом…»
— Кого вы боитесь? — повторила вопрос жрица.
