Волчица так ловко маневрировала между деревьев, будто и вовсе могла проходить сквозь них. В какой-то момент Нике показалось, что животное замедлилось. Девушка из последних сил ускорилась и уже готова была ухватиться за нее, как вдруг волчица резко обернулась и прыгнула. Ника почувствовала толчок такой мощной силы, что не смогла устоять на ногах и с размаху упала на землю.
Ослепляющий свет ударил в глаза. Ника закрыла лицо руками, чувствуя жар. Огонь! Гигантские полосы, сотканные из желто-синих языков пламени, с неистовой скоростью неслись по земле в десятке метров от нее. Было так ярко, что она толком и не видела ничего больше. И вдруг необъяснимая сила подняла ее на ноги и заставила бежать в самое пекло. Пот струился по вискам, Ника слышала свое тяжелое дыхание, она рычала и скалилась. В какой-то момент в поле зрения появилось еще одно животное – со сверкающей светлой шерстью и длинной мордой. Еще один волк? Ника не видела его раньше, но откуда-то точно знала, что цель у них одна.
А потом они прыгнули в огненную полосу. Языки пламени касались кожи, щипали, кусали, ласкали, но боли не было. Наоборот, этот огонь насыщал ее новой силой и дарил умопомрачительное ощущение абсолютной неуязвимости. И вдруг вдалеке показались силуэты. Люди бежали прочь от пламени, кто-то кричал. Внезапно один из беглецов обернулся. Его рыжие волосы превратились в лаву, концы мешались с языками пламени – словно и сам он был порождением огня. Незнакомец выставил руки вперед, защищаясь. Но Ника знала одно: она должна убить его, она здесь только ради этого. Ушей коснулся волчий рык, и Ника немедля прыгнула на беглеца, сливаясь с телами животных.
Мужчина что-то кричал на незнакомом языке, отбивался, но Ника безжалостно разрывала его глотку зубами. Кровь заполняла рот, стекала по подбородку, а над ухом слышалось рычание второй псины. И в тот момент Ника как никогда знала, что они едины и нет на свете создания важнее. И вдруг взгляд ее прояснился, и она различила угасающие карие глаза жертвы. Из последних сил он с мольбой цеплялся за ее лапы (руки?) и что-то шептал, едва шевеля губами.
А огонь все пылал и пылал. Он тянулся широкими полосами на сотни метров вперед, уничтожая следы других беглецов. И был не красным, не рыжим, а ярко-синим – син
И наступила тишина.
Больше не было огня. Он погас стремительно, словно по щелчку пальцев. Судорожно сглатывая, Ника сидела на земле и с ужасом наблюдала, как откуда ни возьмись появляется туман. Едкие щупальца, перемахнув через тело мужчины, поползли в сторону Ники, по пути проглотив кровавую тушу зверя со светлой шерстью.
Холод пронзил мгновенно, а может, это страх так действовал? Ника в панике стала ощупывать себя: руки и ноги (ее руки и ноги!), лицо чистое, ни следа крови, хоть во рту все еще ощущался вкус плоти. Клубы тумана задевали ноги. Прикосновения эти пробирали до мозга костей, словно высасывали жизнь. Ника повалилась на землю, чувствуя, как ее сознанием завладевает кто-то другой.
И вдруг из тумана вышел человек. В этой дымке его зеленые, как два изумруда, глаза светились ярче ведьмовских огней.
– Алекс, – прошептала она и, подскочив, бросилась к нему и заключила в объятия. Он был холодным, еще холоднее, чем туман, но Ника отмахнулась от этих ощущений. Как сумасшедшая, она жалась к нему все сильнее и сильнее, боясь отпустить и больше не увидеть.
