Эти контрасты чрезвычайно характерны для рецептурного жанра с его непременным неверием в мыслительные способности зрителя. Зритель рассматривается мастерами рецептурного жанра как существо малоразвитое, неспособное самостоятельно понять, что хорошо, а что плохо. Дети — это всегда хорошо, это бесспорно, вот с какой целью они и привлекаются. В данном фильме привлечением детей, быть может, несколько злоупотребляют: тут и детская поликлиника, и детский садик, и ясли. Странно, что не возник еще и родильный дом! Но, в конце концов, все это вполне в духе жанра, беспокоит другое.
А не станут ли некоторые зрители, посмотрев сцену в кабинете председателя райисполкома, с подозрением относиться к деятельности Общества охраны памятников старины? Вопрос о том, когда следует предпочесть новое старому, а когда старое новому, — вопрос сложный, и односложные ответы лишь внесут сумятицу в голову зрителя. А поскольку иных ответов в распоряжении рецептурного жанра не имеется, то ему и не следует затрагивать такую тонкую область, как охрана памятников старины. Это не под силу жанру.
Авторы фильма «Меж высоких хлебов» куда скромнее: за рамки жанра не выходят, на сомнительные выводы зрителя не толкают. Сатирические стрелы фильма бьют только в верную цель. Например, приехав в город, Стручок не может утолить жажду: автоматы не работают, у цистерны с квасом огромная очередь. А вот вином и водкой торгуют без очереди. Вывод: отдельные недостатки в работе городского хозяйства толкают жаждущих на путь алкоголизма. Ну пусть это несколько преувеличено, но автоматы и в самом деле часто не работают и кваса не хватает — критика, таким образом, справедлива. А главное здесь то, что авторы крепко держатся своей основной темы, настойчиво твердя о губительности алкоголя, и в сторону зрителя не уводят.
В заключение хочется сказать, что авторы и того и другого фильма (несмотря на отдельные недостатки последнего) рецептурным жанром овладели, работают в нем умело и их произведения, несомненно, будут приняты зрителем так, как они того заслуживают.
Героиня фильма «Непоседы» юная Зоя работает на засолочном пункте. Огурцы ей надоели, и она решает ехать в Сибирь, на стройку. Долго там жить Зоя, однако, не собирается. В ее хорошенькой головке созрел вот какой план: она встретит в Сибири геолога и выйдет за него замуж. «Геологов я обожаю, — говорит Зоя подруге, — знаю их до тонкости. Пять фильмов про них видела». Зоя убеждена в том, что геологи много зарабатывают, а тратить им негде, и вместо них это делают их жены, которые живут в Москве в шикарных квартирах. Итак, Зоин план — в Москву через Сибирь.
Забавная девочка! Жизнь знает по фильмам, работать не хочет, а хочет шикарно жить за счет геолога… Но что взять с наивного ребенка? Ясно, что эта глупенькая мечта разобьется в прах при столкновении с действительностью. Зоя поймет, что не единой квартирой жив человек, узнает радость труда, перевоспитается…
Это, конечно, скучновато — с первых кадров знать, к чему идет дело, но зритель готов смотреть фильм до конца. Объявлено, что фильм художественный, а в подобном произведении раскрываются характеры людей, и это всегда интересно.
Будущие молодые строители, и Зоя с ними, едут в Сибирь. Парень с гитарой поет: «Там крыши из неба, а стены из ветра, там мужество нужно и в доброе вера». Юные строители знают, что им сначала придется нелегко, но трудности их не пугают. Они сами построят город, «с легендою схожий». Романтики поют, корреспонденты берут интервью, делают фотоснимки, и вот уже Зоино личико должно украсить собой обложку журнала. Очень все весело. Неуклюжий парень Саша с верхней полки роняет сначала авторучку, затем проливает на Зою шампанское. Итак, шутки, песни, смех, льется шампанское.
До места стройки Зоя немного не доехала: у нее украли чемодан. Милиционер станции Буран бросается на поиски вора, а Зоя временно остается здесь и поступает работать в станционный ресторан на должность продавщицы-лоточницы.
Теперь Зоя ходит по вагонам, торгуя пирожками.