Остальное Бенджамин запомнил плохо. Праздновать повышение было некогда, и он вместе со своими будущими подчиненными загрузился в грузовик и попылил к будущему месту службы. В дороге к нему никто не приставал, но косились на черного капитана заинтересованно. В Салониках на заводском аэродроме Бенджамин, наконец, построил своих "партизан" и начал знакомство. Взгляды разноплеменных пилотов с интересом скользили по лицу командира, и замирали на приколотых к полевому капитанскому кителю двух польских крестах и медали. На удивление издевок по поводу темнокожести не было. Даже сморщенных в брезгливости лиц он тут не увидел. Парни были в основном молодыми, но некоторые из них имели приличный налет. Даже двое армян приехавших из Румынии оказались любителями пилотажа. Вот только боевого опыта, и опыта военной службы у большинства этих новобранцев практически не было. Самым старым оказался Алан Каттерс, летавший воздушным стрелком на "Кодроне" в Бельгийской авиации еще в Великую Войну. А самым молодым был Николас Гилера, сбежавший из Испании от Франко. Еще были двое мексиканцев, аргентинец, грек из Турции, двое русских, и еще один швейцарец. В общем, личный состав напоминал "Ноев Ковчег" и первоначальная мысль сделать несколько звеньев по языкам была Бенджамином отвергнута. Наоборот, пришлось в каждом звене свести вместе по нескольку знатоков английского, испанского, греческого и русского. Поначалу учеба шла тяжело, но алабамский опыт преподавания давал себя знать, поэтому вскоре процесс наладился. Но доучиться сквадрону-32 не дали… Он как раз разбирал ошибки в тренировочном вылете, когда от штаба эскадрильи прибежал взволнованный грек лейтенант Валканас, назначенный начальником штаба эскадрильи.
— Капитан Дэвис, это срочно! Большой налет! Нужно вылетать!
— Лейтенант Валканас, отставить эмоции! Быстро изложите только самую суть.
— Звонили с границы! Со стороны албанской Флорины, вдоль северной границы летит большая группа итальянцев. Генерал Папагос отдал приказ на перехват всем группам истребителей близким к тому району. Южные эскадрильи прямо сейчас отбивают налет торпедоносцев на побережье, и потому не успеют их перехватить…
— Кто уже взлетел из наших?!
— На перехват отправились одиннадцать Р-24 капитана Хилексиса из Трикалы, и две эскадрильи "Поликарповых" капитанов Бахчиванджи и Куттельвашера из Ларисы и Янины.
— Состав группы противника, и направление удара?!
— Несколько эскадрилий трехмоторных монопланов-бомбардировщиков, прикрытые четырьмя десятками истребителей-бипланов. Предположительно идут мимо Эдесы к нам, но часть бомб могут израсходовать и по дороге…
— Благодарю вас, лейтенант. Старшие пилоты бегом ко мне!
— Бен, ты думаешь, наши справятся?
— Не о чем тут думать! Майкл, бери своего Николаса, твоей паре прикрывать нас сверху! Сквадрон, слушай мою команду!
Нестройный квартет голосов тут же перевел команду на другие языки, и приготовился продолжать. Это пока было самым ценным достижением в учебе эскадрильи. Пилоты научились транслировать команды дальше…
— Я иду с Алексом Гулемба. Со мной пойдут…
Бенджамин торопливо оглядел нестройную толпу пилотов. Кроме беззаботного лица Алана Каттерса, перед ним застыли встревоженные лица пилотов и техников. Всего одиннадцать дней назад он принял командование над этой группой людей, и даже после долгих и утомительных тренировок их еще рано было называть боевым сквадроном. Но и толпой они уже не были…
— Сверху над основной группой пойдет пара Дорна. Со мной в пеленге пойдут еще две пары. Пара Марти с Ширзаном и пара Григориди с Рибейросом. Каттерс остается за меня, и поднимает в воздух всех оставшихся по моей радиокоманде. Переведите тем, кто не все понял.
— Всем все ясно?! Тогда, бегом по самолетам!!!
В воздухе Бенджамин перестал переживать и сосредоточился на командовании своей восьмеркой. Не доходя до Эдессы, он увидел размазанное по всему небу воздушное сражение. Десяток "Пулавчаков" сбивал с курса своими наскоками вражеские бомбардировщики. В центре спускался парашют. Бенджамин набрал еще тысячу метров высоты, заходя от границы. Последний взгляд на идущий чуть в строне бой истребителей. Поликарповы" эскадрилий Бахчиванджи и Куттельвашера надежно связали боем четыре десятка "Фиатов". Из того огромного клубка самолетов, уже шесть раз вываливалась чадящие дымом этажерки с белым латинским крестом на хвосте. И пока только одна крылатая машина с сине-белыми опознавательными знаками Греции упала на подступах к Эдесе. Но нет, вот один "Поликарпов" вышел из боя, а другой стал его прикрывать. Этот бой не выглядел прогулкой, но в Польше было не легче…
