-— Похоже, по этому вопросу разногласий нет,— ухмыльнулся Ф’лар, — благодаря нашему доброму мастеру Робинтону.
— Тогда в чем же проблема?— кивком поздоровавшись с Н’тоном и Сибелом, Госпожа Вейра устремила строгий взгляд на супруга.
— Только в том, какую часть Южного мы откроем для младших сыновей лордов, пока они сами не превратились в проблему. После Падения у меня состоялся разговор с Кор-маном.
— Я наблюдала за вашей беседой. Честно говоря, с тех пор, как нам снова приходится разбираться с Древними, я все время ждала, когда же всплывет этот вопрос,— Лесса расстегнула пояс туники и тяжело вздохнула. — Ну, и что же дальше? Как там Джексом — с пользой проводит время в своей бухте?
Сибел извлек из кармана объемистый сверток.
— Да, и не он один. Может быть, это, Лесса, поможет тебе отвлечься от неприятных мыслей,— с явным торжеством Сибел развернул тщательно склеенные листы большой карты. Кое-где на ней оставались белые пятна, но полоса вдоль четко обозначенной береговой линии пестрела разными цветами и пометками. На полях стояли даты и имена тех, кто запечатлел отдельные фрагменты. Вытянутый мыс, выдающийся в сторону оконечности Нерата, был целиком заполнен, на нем были видны знакомые Предводителям Южный Вейр и холд. По обе стороны от этого ориентира расстилались бескрайние просторы континента, с запада ограниченные обширной песчаной пустыней, которая протянулась по берегам огромного залива. К востоку, на еще большем удалении от Южного мыса, изрезанная береговая линия круто изгибалась к югу; на самом краю была видна высокая симметричная гора и маленькая бухточка, помеченная звездой.
— Вот все, что нам пока известно о Южном материке,— сказал Сибел после паузы, во время которой всадники изучали карту.— Как видите, нам даже не удалось изобразить полностью побережье, не говоря уже о внутренних районах. Но на то, чтобы незаметно собрать эти сведения, ушло три полных Оборота.
— Кто же все это сделал?— с живейшим интересом спросила Лесса.
— Очень многие, в том числе и я, Н’тон, Торик и его холдеры, но основную работу проделал молодой арфист по имени Пьемур.
— Так вот, оказывается, чем он занимался, когда у него начал ломаться голос,— удивленно проговорила Лесса.
— Судя по масштабу этой карты,— с расстановкой произнес Ф’лар,— весь Северный Перн может легко уместиться на западной половине Большого залива.
Сибел поместил большой палец на выступ Южного мыса и, веером растопырив остальные, направил их на запад, прикрыв часть карты.
— Эту площадь вполне можно было бы отдать правителям холдов,— услышав, порывистый вздох Лессы, он положил правую ладонь на восточную часть материка.— Но Пьемур клянется, что лучшая часть Южного — здесь!
— Рядом с горой?— спросила Лесса.
— Рядом с горой!
Пьемур вышел из леса, когда над бухтой уже сгущалась тьма. В поводу он вел Дуралея, над головой у него кружилась Фарли. Подойдя к хижине, он бросил к ногам Шарры связку зрелых плодов.
— Вот! Это за то, что мы смылись сегодня утром,— выжидательно улыбаясь, сказал он и присел на корточки.— Как видишь, не один Дуралей пришел в ужас от сегодняшнего столпотворения,— он сделал вид, что вытирает со лба испарину.— Я не лицезрел такого нашествия с тех пор, как в последний раз побывал на собрании в Южном Болле. А это было два Оборота назад! Я уж испугался, что они останутся здесь навсегда! Завтра, небось, снова вернутся?
Услышан жалобные нотки в его голосе, Джексом рассмеялся и кивнул головой.
— Я переношу все это ничуть не лучше тебя. Мне удалось улизнуть под предлогом охоты. Потом я нашел место, где полно рыбы, и весь вечер провозился с сетью,— он махнул рукой в сторону соседней бухты.
Пьемур понимающе кивнул.
— Странное это чувство — не хочется, чтобы вокруг были люди, и все тут! Мне даже показалось, что на всех не хватает воздуха. Глупо получается...— он обвел взглядом темнеющие горы грузов, сваленных по краю бухты.— Ведь мы не в душном холде, где приходится обмахиваться веерами!— он покачал головой.— И чтобы такое случилось со мной, арфистом, общительным парнем — чтобы я бегом бежал от людей... быстрее Дуралея!— он насмешливо фыркнул. .
— Если вас это хоть как-то утешит, мне тоже было немного не по себе — призналась Шарра.— Спасибо за фрукты, Пьемур. Эта... эта орда смела все, что у нас было. Осталось разве что немножко жареной птицы да пара рыбешек.
— Я бы съел даже Дуралея, но боюсь, он слишком жесткий,— Пьемур облегченно вздохнул и опустился на песок.
Шарра рассмеялась и пошла принести ему что-нибудь поесть.
— Даже не хочется думать, что завтра сюда снова хлынут толпы народа, — проговорил Джексом.
— Вполне тебя понимаю,— юный арфист ухмыльнулся.— А ты знаешь, Джексом, что я бывал в таких местах, где вообще не ступала нога человека? Я видел места, которые пугали меня до холодного пота, и такие, с которыми мне было никак не расстаться — до того они меня околдовали,— Пьемур сокрушенно вздохнул.— Вот туда я бы с удовольствием добрался!— он сел и уставился в небо.— Вот, наконец, и они. Жаль, у меня нет дальновидящего прибора!
