Искреннее недоумение Д’рама сыграло ту же роль, что и язвительные выпады арфиста — сковывавшая людей напряженность стала понемногу ослабевать. Сам того не заметив, Д’рам подтвердил высказанную Робинтоном мысль: Древние сделали Вейру Бенден высший комплимент.
— И, кстати, к тому времени, когда новая королева будет готова подняться в брачный полет,— добавил Д’рам, как видно, только что осознав все до конца,— их бронзовые, скорее всего, перемрут. Только за последний Оборот в Южном умерли восемь драконов. Мы все знаем об этом. Думаю, они зря затеяли эту историю с кражей яйца...— лицо его омрачилось грустью и сожалением.
— Да нет, не зря,— возразил Фандарел, сжимая огромные кулаки.— Вы только посмотрите, что происходит здесь — а ведь сколько Оборотов мы были друзьями! Вы, всадники,— он ткнул толстым пальцем в сторону вождей Вейров,— были всего на волосок от того, чтобы направить своих драконов против дряхлых стариков Южного!^— Фандарел медленно покачал головай.— Страшный день, воистину, страшный! Мне жаль вас,— он задержал взгляд на Лессе. — Но больше всего мне будет жаль Перн и себя самого, если вы не совладаете с гневом... если здравый рассудок не победит. А теперь я вас оставлю.
Он с достоинством поклонился всем Предводителям по очереди, потом Брекки и, наконец, Лессе. Но тщетно Главный кузнец старался поймать ее взгляд. Так и не добившись успеха, он со вздохом вышел из зала.
Фандарел ясно выразил то, о чем Робинтон лишь попытался намекнуть Лессе — если всадники развяжут междоусобицу, они потеряют власть над холдами и Цехами. Слишком многое было высказано сгоряча в присутствии лордов, призванных в Вейр в разгар тревоги. И теперь, когда яйцо благополучно вернулось, ни один лорд, ни один Главный мастер не станет упрекать Бенден в бездействии.
Но как достучаться до сердца этой упрямицы, которая замкнулась в своем гневе и не желает отказаться от гибельной попытки возмездия? Впервые за весь свой долгий срок пребывания на посту Главного Арфиста Перна Робинтон не мог найти нужных слов. Он и так уже почти утратил ее расположение! Но сейчас речь шла о большем, гораздо большем.
— Слова Фандарела напомнили мне, что даже ссора между двумя всадниками грозит бедой,— с печалью произнес Ф’лар. Взгляд его застыл, он словно погрузился мыслями в прошлое.— Однажды я позволил оскорбленному самолюбию возобладать над разумом — и вот результат!
Д’рам, сидевший с опущенными глазами, пристально посмотрел на Ф’лара и энергично замотал головой. Поднялся приглушенный ропот — всадники, несомненно, считали, что в тот день в Телгаре Ф’лар поступил по справедливости.
— Не говори вздор,— резко произнесла Лесса.— Тот поединок не был твоим личным делом. Ты был обязан сразиться с Т’роном, чтобы сохранить единство Перна!
— А сегодня я не имею права сражаться ни с Т'роном, ни с другими южанами, иначе это единство рухнет!
Лесса долго смотрела Ф’лару в глаза, потом плечи ее бессильно поникли — кажется, Госпожа Бендена поняла, что обстоятельства переменились.
— Ладно,— ее голос был хриплым от напряжения.— Но если яйцо не проклюнется, или с новорожденной королевой будет что-то не так...
— Если такое случится, мы снова вернемся к этому вопросу,— пообещал Ф’лар и поднял правую руку, словно подтверждая свои слова.
Робинтон от всей души надеялся, что путешествие во времени никак не повлияло на новорожденную королеву и она появится из яйца целой и невредимой. К моменту Рождения он должен раздобыть кое-какие сведения — они помогут умиротворить Лессу и дадут возможность Ф’лару не отступить от данного при свидетелях обещания.
— Пойду к Рамоте,— заявила Лесса.— Я нужна ей.— Миновав строй почтительно расступившихся всадников, она покинула комнату.
Взгляд Робинтона задержался на кружке — той, что он налил для Лессы. Схватив глиняный сосуд, он единым духом осушил его.
Опуская кружку, арфист встретил взгляд Ф’лара.
— Всем нам сейчас не мешало бы выпить,— невесело усмехнулся Предводитель Бендена, жестом приглашая собравшихся к столу. Брекки, поспешно встав с места, стала разливать вино.
— Подождем, пока не появится на свет королева, - продолжал Ф’лар.— Думаю, вам не нужно напоминать о бдительности — вы и сами примете все меры, чтобы подобное не повторилось.
— Сейчас наши Площадки Рождений пусты,— ответил Р’март Телгарский. — И ни у кого из нас нет бенденской королевы!— он хитро прищурился, глядя на Главного арфиста, и покачал головой.— Значит, за последний Обороту них умерло восемь зверей: получается, что на весь Южный осталось двести сорок восемь всадников, из них только пять — бронзовые. Кто же все-таки вернул яйцо?
— Главное, что яйцо на месте, остальное не так уж важно,— сказал Ф’лар, одним глотком наполовину опорожнив свою кружку.— Хотя лично я глубоко благодарен этому... этому незнакомцу.
— Можно выяснить, кто он,— тихо заметил Н’тон.
Ф’лар пожал плечами.
— Я не уверен, что хочу это знать. Не уверен, что нам вообще нужно это знать — если из яйца родится живая и здоровая королева.
