— Нет. Будь он там, Рамота без труда нашла бы его. А Г’денед обыскал во времени всю Исту, до самого первого Падения — он думал, что Д’рам захотел остаться там, где живут его воспоминания... Мы слышали, что лорд Уорбрет предложил Д’раму любую пещеру на юге Исты, на выбор. Говорят, он согласился,— Ф’лар недоумевающе пожал плечами, а Робинтон заметил:
— Слишком охотно он дал согласие.
Вождь Бендена встал и принялся беспокойно мерить шагами комнату.
— Ну, и как ты думаешь, куда он мог йодеваться? Ты ведь с ним дружен. Ничего не припоминаешь?
— В последнее время он больше молчал — только сидел рядом с Фанной и держал ее руку,— Робинтон проглотил подступивший к горлу комок. Арфист давно уже смирился с бренностью человеческой, но сейчас, вспомнив, как предан был Д’рам своей супруге, как молчаливо скорбел о ее уходе, он почувствовал, что на глаза навернулись слезы.— Я передал ему приглашения от Гроха и Сэнджела. Вообще говоря, мне кажется, что он мог отправиться в любое место на Перне ему везде оказали бы радушный прием. Только он, очевидно, предпочитает общество своих воспоминаний... Скажи, есть ли у вас какие-то особые причины его разыскивать?
— Никаких, кроме беспокойства о нем.
Ф лар, мастер Олдайв говорил мне, что он в здравом уме и твердой памяти, если это тебя волнует.
Предводитель поморщился и нетерпеливо откинул назад прядь волос, которая всегда падала ему на глаза, когда он волновался.
— Честно говоря, Робинтон, все это затеяла Лесса. Рамота не может понять, где Тирот. Вот Лесса и вбила себе в голову, что Д’рам нарочно забрался так далеко в прошлое, чтобы не расстраивать нас своим самоубийством. Похоже на него!
Но это его право,— мягко сказал Робинтон.
Знаю, знаю! Никто и не стал бы его винить, просто Лесса места себе не находит. Пусть Д’рам удалился от дел, но его опыт, его мнение для нас по-прежнему важны. И сейчас — больше, чем когда-либо. Если говорить прямо, он нам нужен... Нужен здесь.
У Робинтона мелькнула мысль, что Д’рам, быть может, это понял и намеренно скрылся вместе с Тиротом туда, где его не так-то просто отыскать. Но Д’рам явится по первому зову, чтобы выступить на защиту Перна и Племени Дракона.
— Может быть, Ф’лар, ему нужно время, чтобы оправиться от потери?
Ты сам знаешь, он совсем сдал, пока ухаживал за Фанной. Он тоже может заболеть и кто тогда ему поможет? Мы очень обеспокоены.
— Я боюсь об этом даже заикнуться, но не пробовала ли Брекки спросить огненных, ящериц? И своих, и из Вейра Иста?
Озабоченно сжатые губы Ф’лара искривились в усмешке.
— Как же, она на этом настояла. Никакого результата! Файрам, как и драконам, необходим ориентир, чтобы перемещаться во времени.
— Я вовсе не имел в виду, что-их нужно к нему посылать. Я полагаю, нужно только попросить их вспомнить одинокого бронзового дракона.
— Просить этих тварей вспомнить?— Ф’лар недоверчиво оассмеялся.
— Да, Ф’лар. У них отличная память, нужно лишь ее подтолкнуть. Откуда, например, файры узнали, что Алая Звезда...— его перебил протестующий вопль Заира. Файр гак стремительно взвился с плеча арфиста, что оцарапал ему шею.— Снова я упомянул о ней в его присутствии!— виновато проговорил Робинтон, поглаживая царапину.
Вот что я думаю, Ф’лар: все огненные ящерицы знали, что Алая Звезда опасна и недосягаема еще до того, как Ф’нор с Кантом попытались до нее добраться. Если ты сумеешь чего-нибудь добиться от файра, напомнив ему про Алую Звезду, то он скажет: мы знаем, что ее надо бояться. Откуда это знание? От их предков, которые жили в те времена, когда наши предки впервые попытались ее достичь?
Ф’лар наградил арфиста долгим испытующим взглядом.
— И это не единственное их воспоминание, оказавшееся достоверным, — продолжал Робинтон.— Мастер Андемон полагает, что ящерки способны помнить необычайные события, которые хотя бы одна из них наблюдала или переживала. Инстинкт играет немаловажную роль в существовании каждого животного — почему же их память должна быть исключением?
— Не уверен, что понял, как ты собираешься допрашивать их... Каким образом извлечь из памяти файров сведения, которые помогли бы нам разыскать Д’рама, где бы он ни скрывался?
— Все очень просто. Нужно попросить, чтобы они вспомнили, видел ли кто-нибудь одинокого бронзового дракона. Это достаточно необычное зрелище, чтобы они его заметили и... запомнили.
Было видно, что Ф’лар весьма сомневается в успехе.
— Думаю, должно получиться, если мы попросим Рута о посредничестве.
— Рута?
Когда все файры смертельно боялись драконов, Рута они просто преследовали. Джексом мне говорил, что они обожают болтать с ним. Должен же хоть один из них вспомнить то, что мы хотим узнать!
— Я готов проститься с неприязнью к этим занудам, если они помогут развеять опасения Лессы.
Надеюсь, ты не забудешь о своем обещании,— проговорил Робинтон и улыбнулся, чтобы смягчить свои слова.
— Ты поедешь со мной в Руат?
Арфист сразу же вспомнил про шрам на лице Джексома вряд ли он зажил так быстро. К тому же, он никак не мог припомнить, сообщил ли Н’тон Ф’лару, что Джексом летает вместе с учебным крылом Форта.
