Менолли пристально посмотрела на него, и Джексом не обнаружил в ее взгляде ожидаемой жалости или уклончивости.
-— Скажи мне, Джексом, разве тебе плохо с Кориной?
— Что ты! Прекрасно...
— Ты огорчен и, по-моему, совершенно зря. Я никогда не слышала ничего такого, что могло бы послужить поводом для беспокойства. Разве что разговоры о том, что Рут — не такой, как другие.
«Я уже рассказал Мнементу все, что он хотел узнать. Они сейчас отправятся,— сообщил Рут.— Как ты думаешь, теперь мне можно искупаться в озере?»
— Разве ты вчера не накупался вдоволь в бухте? — Джексом с облегчением убедился, что может говорить с драконом совершенно спокойно.
«Но это же было вчера,— так же спокойно ответил Рут.— С тех пор я уже поел и поспал на пыльной скала Тебе, я думаю, тоже не помешало бы искупаться».
Ладно, ладно,— согласился Джексом,— ступай! Только смотри, чтобы Лесса не увидела с тобой файров.
«А кто почистит мне как следует гребень?»— укоризненно осведомился Рут, слезая с каменного ложа.
— Чем он недоволен?— спросила Менолли, с усмешкой заметив выражение лица Джексома.
— Хочет, чтобы ему потерли спинку.
— Я пришлю к тебе своих малышей, Рут, когда ты уже будешь на озере. Лесса ничего не узнает.
Белый дракон, уже направлявшийся к выходу, замер на половине дороги, склонив голову набок, и слегка призадумался. Потом выгнул шею и уверенной поступью двинулся вперед.
«Все в порядке. Мнемент улетел и Рамота вместе с ним. Они не узнают, что я купался с ящерицами и они чистили мне спину».
Джексом не смог удержаться от смеха — такое лукавое самодовольство звучало в тоне его приятеля.
Извини, Джексом, что притащила с собой Миррим, но без ее Пат мне было бы трудновато сюда забраться — ну, и без нее тоже.
Джексом отхлебнул большой глоток кла.
Ладно, простим ее... раз у Пат такие заботы.
— Миррим сама вечно озабочена — не одним, так другим,— язвительно сказала Менолли.
—Что-что?
— Она вообще славится скверньщ характером...
Внезапно Джексом, которому пришла в голову неожиданная мысль, перебил арфистку.
— А тебе не кажется, что Миррим могла заранее пробраться на Площадку Рождений, чтобы заполучить дракона? Конечно, ничего такого не было... но ты ведь помнишь — никто не ожидал, что девчонка запечатлеет боевого дракона...
— Как будто с тобой было иначе... Ладно, Джексом, нельзя уж и пошутить! Я не думаю, чтобы она пыталась повлиять на Пат, когда та была еще в яйце. И у Миррим были файры — целых три, так что она казалась вполне довольной жизнью... Да и кто на ее месте был бы недоволен?— арфистка усмехнулась.— А ты знаешь, как разъярилась Лесса, когда Миррим запечатлила Пат? И тогда ни единый человек не признался, что видел, как Миррим лазала на Площадку Рождений! Случись такое, Лессе непременно бы доложили... Возможно, Миррим неуживчива, бестактна, утомительна и любит совать нос не в свое дело, но она не лгунья. Ты не был на том Запечатлении? Зато я была. Знаешь, как все выглядело? Пат приковыляла туда, где устроилась Миррим, и торчала там, безутешно скуля и отвергая каждого кандидата, находившегося на Площадке, пока Ф’лар не решил, что ей понравился кто-то из публики.
Менолли пожала плечами.
— И этим «кем-то» оказалась Миррим. И вот что еще странно: ни один из ее файров даже не чирикнул в знак протеста. Нет, я думаю, их связь была так же... так же предрешена, как и ваша с Рутом. Например, у нас с Крикуном было совсем не так. Мне совсем не нужен был еще один файр!— она поморщилась при неприятном воспоминании.— Просто скорлупа яйца треснула, когда я передавала его этому безмозглому сынку лорда Гроха. Ну, и... Правда, он меня никогда не винил — ведь мальчишка получил-таки зеленого. Но подумай — такому слюнтяю мог достаться бронзовый!
Джексом сжал тонкую руку девушки.
— Что-то ты слишком много болтаешь! Хочешь меня надуть? Ну-ка, признавайся, что тебе известно про нас с Рутом? -
Менолли взглянула ему прямо в глаза.
— Мне ничего не известно. Честно, Джексом. И, судя по твоим же словам, Рут отнесся к известию о скором брачном полете Пат с таким же интересом, как мальчик, которому велели вынести мусор.
— Но это еще не значит...
— Это ничего не значит. Поэтому не становись в позу обиженного. Рут созревает медленно. Вот и все, что тебе нужно иметь в виду... особенно если учесть, что у тебя под рукой всегда есть Корана.
— Менолли!
— И нечего злиться. Иначе весь твой отдых пойдет насмарку. Ты ведь вчера совсем обессилел,— девушка похлопала его по руке.— Я ведь не дразню тебя насчет Кораны, а просто поясняю... хотя ты, быть может, не замечаешь разницы.
— Сдается мне, что дела Руата не должны заботить арфистов,— стиснув зубы, чтобы не высказать все до конца, заявил Джексом.
— Арфистов заботишь ты, всадник белого Рута, а вовсе не юный Джексом, лорд Руата.
— И здесь тоже есть разница?
— Вот именно,— Менолли говорила серьезно, но глаза ее лучились смехом.— Как только Джексом начинает влиять на происходящие на Перне события, он сразу же становится заботой арфистов.
