Мой голос едва громче шепота. Зрение еще затуманено — особенно правый глаз, — и я, наконец, понимаю, что это из-за крови. Моей крови, которая течет со лба и с виска. Голова дико болит.
В нескольких шагах я угадываю расплывчатую фигуру Ледибаг, лежащую прямо на земле.
— Не слушай его, атакуй!
Рука Изгнанника снова сжимается на моей грудной клетке. На пороге удушья я издаю стон боли; прижатый к нему спиной, я в ловушке. Я отбиваюсь с энергией отчаяния, ноги болтаются в пустоте, когти скребут по зернистой коже. Шпага чуть-чуть скользит, и жгучая боль пронзает мое горло. Сердце пускается вскачь, я инстинктивно сжимаюсь, пытаясь отстраниться от лезвия, но безрезультатно. На шее выступают теплые капли.
— Освободи Тикки, — ворчит Изгнанник. — Немедленно.
Лежа в пыли и пепле, моя напарница, не двигаясь, смотрит на него. Я с ужасом слышу, как ее Камень Чудес подает сигнал. Это ее последняя минута? Предпоследняя?
— Всё кончено, Ледибаг. Верни мне Серьги без глупостей и сними с него Кольцо. Иначе он умрет.
Глаза Ледибаг расширяются. Время поджимает, и она не знает, что делать и что говорить. Явно безотчетным движением она нерешительно подносит руку к уху. Я снова вздрагиваю. Нет!
— М’Леди… Остановись! Спасайся!
Ледибаг встает, пошатываясь. Она вешает йо-йо на пояс, вдруг став очень спокойной.
— Если я это сделаю, ты пощадишь Черного Кота и остальных?
Мой прерывистый голос окончательно пропадает — мне нечем дышать. Она не может сдаться сейчас! Не когда Изгнанник кажется сильнее — безумнее, — чем когда-либо, не когда Бражник наблюдает за всеми нашими действиями и жестами!
НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ!
В приливе энергии я упираюсь в Изгнанника и врезаю ему локтем в селезенку. Я чувствую, как он вздрагивает, и отбиваюсь еще сильнее. Его хватка на мне немного ослабевает, я соскальзываю вниз и касаюсь земли. Глубоко вдыхаю, снова ударяю ему в ребра, и лезвие, наконец, отстраняется от моей шеи. Я напрягаю мышцы, чтобы броситься вперед…
— …довольно!
Изгнанник рычит, и на мой затылок обрушивается кулак. Волна боли проходит меня насквозь, сильная как никогда: словно мой позвоночник распадается на кусочки. Я падаю в пепел, по-прежнему в сознании, но дыхание перехватывает, конечности парализовало. Горячая рука хватает меня за волосы и грубо ставит на колени, открывая мое раненое горло. Маринетт кричит так, что у меня леденеет кровь:
— Нет!
Краем глаза я вижу, как сверкает лезвие рапиры, и слышу, как оно свистит, приближаясь к моей шее. Ледибаг бросается к нам:
— ЧЕРНЫЙ КОТ!
И всё останавливается. Всё застывает. Всё гаснет.
Isolated System – MUSE (слушать беспрерывно) — https://youtu.be/AdIDxFTgBJM
Потом свет. Взрывы звуков, ощущений. Головокружение.
Ледяной снег под щекой, на шее. Тело тяжелое, разбитое болью, едва способное двигаться. И долгий глухой скрежет где-то надо мной.
Я моргаю, оглушенный, и с трудом выпрямляюсь на свежевыпавшем снегу. Больше нет разоренной пламенем площади Бастилии, больше нет яркого солнца, больше нет синего неба, затянутого тяжелыми тучами дыма и серы. Ночь. Крупными хлопьями падает снег.
Мы вернулись на Марсово Поле, у подножия гигантского вороха электроники, собранного Геймером и его командой.
— Черный Кот!
Руки в красных перчатках мягко берут меня за плечи — моя Леди!
Она осторожно помогает мне сесть. Ее обеспокоенный взгляд не отрывается от моей шеи. Морщась от боли, я нерешительно подношу руку к горлу, и ладонь становится липкой от крови — наши раны по-прежнему на месте.
— Рана выглядит поверхностной… ты в порядке?
Я молча киваю, дыхание прерывается. Вокруг появляются другие акуманизированные, и Ледибаг подозрительно напрягается. В дрожащем свете генераторов ее Серьги сверкают: последняя из пяти черных точек мигает.
— Что произошло? Почему мы вернулись?
Акуманизированные остаются немыми и неподвижными. Их костюмы странно размыты и мигают. Я уже видел такое: несколькими часами раньше, когда Бражник контролировал Леди Вайфай.
Он снова это сделал! Он взял контроль над одним из акуманизированных, и это аннулировало весь Париж-Пиксель!
От еще одного глухого ворчания у меня волосы встают дыбом. Дрожа, я хватаю шест, брошенный в снегу. Поднимаю глаза: серверы Парижа-Пикселя, собранные из всего, что попалось под руку, опасно вибрируют. Лишенный силы своего хозяина, гигантский робот Геймера медленно опрокидывается. Он рухнет на нас!
Ледибаг хватает меня за руку и пытается поставить на ноги.
— Вставай, Черный Кот! Быстрее!
— Нет, уходи!
В приливе энергии я пытаюсь оттолкнуть Ледибаг. В меня ударяет ледяная волна и бросает в воздух — десятки белых бабочек. Ошарашенный, я наблюдаю, как громадный робот падает, подняв необъятное облако снега. Оставленная там, недостаточно быстрая, напарница исчезает в его тени.
— Ледибаг!
Я яростно отбиваюсь, тело еще заторможенное, но, наконец, в состоянии двигаться.
— Отпусти меня, Бражник!
