Его злость вызывает у меня отторжение, поскольку постоянно звучит эхом моей. Но если я хочу довести свои планы до победного конца, я должен сохранять ясное сознание. Однажды вечером, когда я снова и снова изучаю гримуар, у меня не остается сил. Я нетерпеливо закрываю его.
— Нууру?
— Да, хозяин?
— С настоящего момента я не хочу больше чувствовать ничего, что исходит от моего сына. Его психическое состояние мешает мне сосредоточиться. Ты можешь что-нибудь сделать?
Квами ошеломленно смотрит на меня, а потом низко кланяется:
— Хозяин, я могу скрыть Адриана, если таково ваше желание. Но чтобы это сработало, вам придется, насколько возможно, избегать встреч с ним…
— Как угодно. Но сделай это.
— Да, хозяин.
Мой квами снова кланяется, потом закрывает глаза, что-то шепчет на своем родном языке. Почти сразу же мое восприятие Адриана стирается. Только зияющая пустота упорно остается на периферии моих чувств, как крик, от которого звенит в ушах, когда он уже прекратился. С как никогда ясным сознанием я снова открываю гримуар, не обращая внимания на приглушенное рыдание Нууру.
Адриану четырнадцать лет. Он сбегает, но никогда слишком далеко. В результате получает телохранителя.
Он сбегает, чтобы завести себе личное дело и записаться в коллеж. Личное дело оказывается в мусоросжигателе особняка.
Должно быть, он запасся копией, поскольку в сентябре он сбегает — опять! — чтобы пойти на свой первый урок.
Я смиряюсь. По крайней мере, он занят. И больше не рисует перья.
Он двигается дальше. Он прав. Моя очередь сделать то же самое.
Первая акуманизация — Каменное Сердце.
Появляются Ледибаг и Черный Кот. Я узнаю их костюмы, их оружие, их силы. Я ликую. Они существуют, Звезды существуют! До абсолютной власти рукой подать.
А значит, и до памяти Эмили!
Нападения следуют одно за другим.
Мои разгромные поражения.
Я в ярости. Они кажутся такими юными и наивными, это должно бы быть легко! И однако…
И однако!
«…Отец…»
Однажды я обнаруживаю, что гримуар исчез из моего сейфа. Я оставил его открытым? Неужели я настолько рассеян?
Камеры слежения говорят: Адриан украл его тем же утром. Когда я требую объяснений, он признается, что потерял его между делом в коллеже. Но что, если Хранитель наткнется на него, если Ледибаг и Черный Кот проведут расследование насчет Адриана, если они доберутся до меня?
Нет! Эмили вернется, я обещал себе это. Мой сын вновь обретет мать. И ему не придется жить с мыслью, что его отец был Бражником. Никогда!
Я решаю запутать следы. Я отказываюсь от Нууру на несколько часов и становлюсь Коллекционером. Черный Кот и Ледибаг бросаются мне на выручку, не подозревая об опасности. Для меня это полупобеда: Камни Чудес Звезд снова ускользают от меня — а ведь они были так близко! — но отныне я вне всяких подозрений.
И когда я, наконец, возвращаю себе гримуар, меня терзает новый страх: если Хранитель отдал Звезды, он может также решить ввести и Армилляры. Значит, мне надо поторопиться, пока на сцену не вышли другие Носители.
Пока Звезды не оказались окруженными слишком хорошей охраной. Пока они не развили собственные силы…
Проходят дни. Я удваиваю изобретательность, мои двое врагов тоже.
Между каждой атакой я мысленно осматриваю окрестности в поисках подозрительных эмоций — вести двойную жизнь далеко не просто, мне ли не знать. Но двое Носителей остаются невидимы, неуловимы. Хранитель со всей очевидностью хорошо их выбрал.
Мои недавние злоключения с Рипост и Робустусом заставляют меня задуматься: Адриан несколько раз едва не был ранен. У меня есть возможность создать еще более сильных акуманизированных, но сначала я хочу поместить моего сына в надежное место, подальше от Парижа.
Я ссылаюсь на возобновление заграничных поездок, чтобы увезти его с собой. Я уеду на время, чтобы устроить Адриана в пансионате в Лондоне, вне опасности. Потом я вернусь…
«…Отец?..»
Но однажды вечером, накануне нашего отъезда меня поражает отчаяние — бросающееся в глаза, сверкающее. Оно привлекает мое внимание с другого конца Парижа — невиданное, неслыханное.
Это Хранитель. Он ослабил бдительность. Я без колебаний пользуюсь этим.
Хранитель борется и сопротивляется — напрасно. Его обида слишком сильна, десятилетия одиночества и сожалений давят таким грузом, что поглощают его и мешают защищаться. Он становится Изгнанником. Это идеальный враг, совершенная ловушка, чтобы привлечь Ледибаг и Черного Кота! А кроме того, я смогу узнать их личности из первоисточника!
Но Изгнанник оказывается гораздо более могущественным, чем все остальные акуманизированные. Его память остается недоступной для меня.
Изумление, ужас. Пока я из кожи вон лезу, чтобы его контролировать, я вижу Адриана его глазами.
Адриан — один посреди улицы, без защиты. И полубезумный Изгнанник, который атакует его, вопит…
«Ты! Ты, ЧЕРНЫЙ КОТ!»
Всё обретает смысл: побеги Адриана, скрытность. Всё.
И мой собственный хриплый голос отражается от стен моего логова, сводит с ума моих бабочек.
— Адриан… Адриан — Черный Кот!
Всё закрутилось. Некогда взвешивать решения. Надо уберечь Звезды. Защитить Адриана любой ценой.
