«Он стал безумным, Носительница! Позволь нам заняться этим! Когда он будет нас поглощать, возможно, мы сможем убедить его остановить эту бойню! Позволь нам выйти!»
— НЕТ!
«О, Маринетт!»
И вдруг я распахиваю наши четыре глаза. Мои рыдания стихают, прекращаются.
— «Изгнанник… стал безумным».
«Носительница, каково твое желание?»
— Изгнанник стал безумным.
Вот… Вот оно решение!
Я вскакиваю на ноги. Тикки и Плагг молчат, понимая, что нечто только что изменилось. Я смотрю на свои дрожащие серые ладони, красные прожилки, которые пульсируют вдоль моих рук.
«Если ты в состоянии заплатить цену, твое желание будет исполнено.
Если ты не в состоянии заплатить сама, другие заплатят за тебя».
У меня нет времени искать, пытался ли прежде какой-нибудь Носитель совершить подобное. Я должна позволить действовать инстинкту. Другие всегда формулировали желание с материальным воздействием: защитить или восстановить что-то, победить врага, воскресить близкого… Но если я попрошу информации — одной единственной информации, кому это может причинить вред, кроме меня?
Найти ключ. Объяснение, которое меняет расклад. Мы вернемся к основам, как сказал бы Черный Кот.
Я горько улыбаюсь. Если бы ты был здесь! Если бы ты мог подтвердить, что это хорошая идея… Мне никогда не было это так необходимо, как сейчас.
«Носительница. Ты загадала желание?»
Я бормочу, не зная, что еще делать:
— Д-да, я решила.
Присутствие усиливается во мне, словно внимательно слушая.
«Соберись с мыслями, Носительница.
Потом, когда наступит момент, произнеси вслух.
Чтобы все, люди и Звезды, услышали и стали свидетелями».
Я сглатываю с колотящимся сердцем, выкручивающимся желудком. Но это должно быть то самое. Не может быть ничего другого!
Потому что именно так всё пошло наперекосяк.
Именно так Мастер Фу потерпел неудачу.
И это привело его к гибели. К нашей гибели.
Я закрываю синие глаза, зеленые глаза. Я закрываю мое сознание от Изгнанника, от вибриссов, от Тикки и Плагга. Я закрываюсь от памяти моих предшественников, которым я полностью доверяю, но которые больше ничем не могут мне помочь. Я закрываюсь от воспоминания о Черном Коте — моем Черном Коте.
Я делаю долгий выдох. Еще более долгий вдох.
И с комом в горле громко объявляю:
— Вчера вечером Мастер Фу был акуманизирован. Покажи мне, что привело его к падению.
Комментарий к Глава 20. Среди Звезд (1) Разновидность холодного оружия, применявшегося в Древнем Египте. Хопеш имел внешнее сходство с ятаганом. Состоял из серповидной рубяще-режущей части (полукруглого клинка) и рукояти.
(2) Гиксосы — народы, завовевавшие часть Древнего Египта в XVIII-XVI веках до нашей эры.
(3) Bọ Rùa в переводе с вьетнамского означает «божья коровка».
(4) Закон, по которому любой, вошедший в собор и попросивший убежища, становился неприкосновенным для преследовавших его.
(5) Класс боевых кораблей, которые использовались античными цивилизациями Средиземноморья. Называются так из-за трех рядов весел.
====== Глава 21. День 0. Час 0 ======
The Night Inn – Your Name (беспрерывно)
https://youtu.be/Zu21_QmjOw4
«Вчера вечером Мастер Фу был акуманизирован. Покажи мне, что привело его к падению».
«Маринетт…»
— Маринетт!
Порыв ветра. Я вздрагиваю и моргаю, ослепленная.
Я стою. Поле битвы исчезло. Вокруг меня больше нет обломков, нет ничего. Только белая сияющая поверхность, которая тянется, насколько хватает глаз. Я опускаю голову, чтобы посмотреть на руки: они снова стали нормальными, человеческими. Я в гражданском. У меня больше ничего не болит…
Что произошло? Где Лувр, его разрушенная Пирамида? Изгнанник?
— Отличная работа, моя Ледибаг.
Я подпрыгиваю. Женский голос. Незнакомый, но интонация, несмотря ни на что… привычна?
Я оборачиваюсь, сердце колотится с бешеной скоростью. В нескольких шагах от меня мне кивает взрослая женщина. На ней черная кофта и пурпурные шаровары. Длинные красные полупрозрачные вуали с переливчатыми отблесками каскадом спускаются от деревянной тиары до земли. Черная шевелюра разделена на косы, заплетенные алыми лентами. Она совершенно непринужденно приветствует меня, и на смуглой коже с нарисованными красной хной татуировками позвякивают украшения из дерева и кости.
У нее доброжелательная улыбка, но меня убеждает нежный и даже лукавый свет в ее синих глазах.
— Тикки?
Ее лицо смягчается еще больше, и она грациозно раскрывает мне объятия. Не думая, я бросаюсь к ней. Она такая большая, такая красивая! Но это действительно она. Я узнаю ее ауру, ее запах — цветов, сахара и пряностей, которые так соответствуют ее вкусам и личности. Ее руки обнимают мои дрожащие плечи, материнские и успокаивающие, и у меня выступают слезы на глазах. Я боюсь понять. Это место, этот вид…
Я хотела узнать, что мучило Мастера Фу до такой степени, что спровоцировало его акуманизацию. Я просила простой информации, чего-то, что позволило бы мне образумить его, так или иначе. Мое желание всё еще было слишком амбициозным?
— Я… Мы умерли?
Она сильнее сжала объятие:
