Между тем, Пилсудский решил давно стоящую проблему. В своих мыслях он строил Федерацию Приграничных Государств, и крайне нуждался в союзнике. Он прилагал большие усилия, чтобы найти такового. В сентябре он послал генерала Карницкого в штаб Деникина, чтобы обсудить перспективы сотрудничества. Эта миссия длилась несколько месяцев и усиленно поддерживалась Лондоном, вначале в письмах Черчилля, затем визитом в Варшаву генерал-майора Гринли в ноябре и сэра Халфорда Макиндера в декабре. Но вскоре стало очевидно, что “великая белая надежда” вовсе не поддерживает даже идею польской независимости, не говоря уже о целой федерации отколовшихся российских провинций. В январе 1920 года Пилсудский обратил свое внимание на конференцию балтийских государств в Хельсинки. Его делегаты выдвигали предложение создания антибольшевистской военной конвенции. Его радовали хорошие вести из Финляндии, президент которой, Маннергейм, хорошо знал Польшу со времен службы в качестве царского генерала, и недавно вновь навещал свои старые места в Варшаве. После Динабургской кампании позиции Пилсудского в Латвии были весьма высоки. Но отношение Эстонии, заключившей мир с Советами 2 февраля было прохладным, а Литва, расстроенная судьбой Вильно, была открыто недружелюбна. Литовцы начинали понимать, что их единственная надежда на возвращение Вильно это встать на сторону Советов. Вследствие этого, хотя конференция тянулась несколько месяцев, решения ее были бесплодными. Между 16 и 20 января Пилсудский принял Савинкова и Чайковского, представителей российской делегации князя Львова в Париже. Хотя эти господа были сговорчивее Деникина, последние вести об отступлении Деникина из Батайска лишили их всякого права представлять Россию за пределами Крыма. Вскоре после этого Пилсудский принял Таке Ионеску, министра иностранных дел Румынии, который хотя и выказывал общую симпатию, не был готов провоцировать большевиков присоединением к какому-либо антибольшевистскому предприятию. В начале февраля Пилсудский послал Титуса Филиповича в Грузию с поручением оценить положение меньшевистских правительств на Кавказе. Он нашел их борющимися за выживание. После покорения Азербайджана красными в апреле, Армения и Грузия оказались в западне. Единственным возможным союзником, о контактах Пилсудского с которым ничего не известно, был Нестор Махно, чьи анархистские банды до этого громили деникинские тылы на Южной Украине, и которые, возможно, охотно сыграли бы роль разбойничьего союзника Польши, которую ранее традиционно исполняли запорожские казаки в стычках с Московией. В итоге, методом исключения, выбор остановился на Симоне Петлюре.
