Франклин был одним из четырех уполномоченных (вместе с личным секретарем хозяев колонии Ричардом Петерсом, племянником Томаса Пенна Джоном и спикером Айзеком Норрисом), выбранных, чтобы представлять Пенсильванию на конгрессе в Олбани. Ассамблея, к его сожалению, официально заявила о своем несогласии с «предложениями объединить колонии», но Франклин не остановился. Уезжая из Филадельфии, он увозил с собой написанный документ под названием «Советы по организации объединения северных колоний». В нем содержалось одно отличие от предыдущего плана объединения, приведенного в раннем письме Джеймсу Паркеру: раз колониальные правительства стойко сопротивляются объединению, возможно, лучше всего (при условии, что уполномоченные в Олбани одобрят план) отослать его в Лондон «и получить постановление парламента на его исполнение».
Во время остановки в Нью-Йорке Франклин поделился планом с друзьями. Между тем Петерс и другие участники отправились покупать ожерелье из раковин и другие подарки индейцам — простыни, ленты, порох, ружья, ярко-красную краску для лица, котлы и сукно — на пятьсот фунтов, которые Ассамблея позволила истратить. Затем 9 июня на забитом едой судне они отправились в Олбани с «бочкой самой старой и лучшей мадеры, которую можно достать»[183].
Еще до прибытия индейцев двадцать четыре представителя колоний собрались для самостоятельного обсуждения ряда вопросов. Губернатор Нью-Йорка Джеймс Деланси предложил проект построения двух западных укреплений, но он не прошел, так как два делегата не согласились на финансовые затраты со своей стороны. Итак, было принято, скорее всего, по наущению Франклина, предложение о необходимости избрать комитет, «чтобы принимать планы или проекты и готовиться к объединению колоний». Франклин был одним из семерых, выбранных для создания комитета. Это давало ему идеальные возможности заручиться поддержкой плана, который он носил в кармане.
В то же время прибыли индейцы во главе с вождем племени могавков Тийаногой, также известным как Хендрик Петерс. Его взгляд источал презрение. На Шесть наций не обратили внимания, сказал он, «а когда вы не обращаете внимания на дело, этим пользуются французы». В другой раз он добавил: «Посмотрите на французов! Они мужчины, они закрепляются повсюду. Нам стыдно говорить это, но все вы — словно женщины».
После недельного обсуждения уполномоченные дали индейцам ряд обещаний: гарантированные консультации по вопросам поселений и торговых маршрутов, расследования по поводу продажи некоторых земель, издание законов, ограничивающих торговлю ромом. Индейцы, не особенно разбираясь, приняли подарки и объявили, что соглашение о союзе с англичанами «торжественно возобновляется». Франклин не впечатлился. «Мы улучшили отношения, — писал он Питеру Коллинсону, — но, на мой взгляд, не дождемся никакой помощи в конфликте с французами, пока сами не объединимся и не сможем поддержать их в случае нападения».
Пытаясь создать союз в Олбани, Франклин выбрал основным союзником состоятельного купца-морехода из Массачусетса по имени Томас Хатчинсон (запомните это имя; позже он станет его злейшим врагом). Проект, одобренный комитетом, основывался на плане, написанном Франклином. Предстояло создать национальный конгресс, состоящий из представителей каждого штата, в приблизительном соотношении с населением и достатком. Исполнительная власть должна была быть представлена генеральным председателем, назначать которого предстояло королю.
По сути, это была новая концепция, ныне известная как федерализм. Центральное правительство станет заниматься такими вопросами, как национальная оборона и экспансия на западные земли, но каждая колония будет управляться собственной конституцией и местной властью. Хоть Франклин и был не пророком, а только практичным человеком, в Олбани он помог разработать принципы федерализма — упорядоченность, сбалансированность и просвещение, — те самые, что в конечном счете сформировали основу для объединения американской нации.
Десятого июня, неделю спустя после отъезда индейцев из Олбани, группа уполномоченных в полном составе наконец проголосовала за план. Некоторые делегаты из Нью-Йорка, такие как Айзек Норрис, квакерский лидер Ассамблеи Пенсильвании, были настроены против, но тем не менее план прошел довольно легко. Присутствующие внесли всего лишь несколько поправок в проект, в общих чертах обрисованный в «Советах», которые Франклин привез с собой в Олбани, данные поправки он принял как компромисс. «При таком большом количестве людей, с различными мнениями которых нужно считаться, когда затеваешь новое дело, — объяснял он своему другу Кедуолладеру Колдену, — человек просто обязан иногда отказываться от менее значительных деталей, чтобы добиться более серьезных вещей». Это отношение позднее отразилось в схожих словах, когда тридцать три года спустя он стал основным посредником во время Конституционного конвента.
