— Напротив, даже поможем переправиться в Россию, хотя это и не понравится Ататюрку, — улыбнулся Фарид, — Что Вы забыли под Карабюком? Не уголь же, в самом деле? Лекаря я уже направил к Вашим друзьям, а пока идемте к моему костру, и отведаем барашка! За каким шайтаном его надо было тащить в горы?
Морозов встал, поклонился человеку в халате и вышел вслед за Фаридом. Возле костра сидели двое, как понял Андрей офицеры, да бородатый арбакеш колдовал над ароматной похлебкой. Только сейчас Андрей понял, что зверски проголодался и ощутил, что рот наполнился слюной. Вечер почти незаметно перешел в ночь, и свет костра стал еще ярче. За освещенным кругом фигурки людей казались тенями, которые гремели котелками, стучали топорами и хрустели ветками. Похлебка действительно удалась на славу и Андрей, отставив в сторону миску, блаженно растянулся возле огня. В лазаретную палатку идти не имело смысла, да и зонгулдакский лекарь высказался более чем однозначно по поводу странного недуга, а местного коновала лучше не раздражать для пользы дела.
— Можете расположиться в моей палатке, — предложил Фарид, — Когда-то я был неплохим инженером, учился в Магдебурге, а в этих горах совсем одичал.
— Воевали? — улыбнулся Морозов, — Наверное, под Трабзоном?
— Именно, — ответил Фарид, зачерпывая пиалой, чай из котелка, — Здорово нам тогда всыпали! Если бы не господин Ульянов, Турцию постигла бы участь империи Рум!
— Моя бы воля! Живьем на костер этого господина! — процедил Андрей и нервно закурил.
— Прошу прощения, мсье! — стушевался партизан, выплеснул недопитый чай и устало направился к палатке.
— Зря я так! Неплохой парень, а я испортил человеку настроение, — размышлял Морозов, — Но ведь задел таки! За живое задел, черт возьми! Отлично, все идут спать и дров оставили довольно много. Так вот…
— покровительственно говорил Диофант, появившийся, как всегда, в самый подходящий момент.
— Откуда ты опять вылез? Сариссы я тут в упор не вижу, а вот трехлинеек со штыками сколько угодно, — пробурчал Морозов, — А штыком я разделаю под орех дюжину гоплитов вместе со стратегом!
— вкрадчиво, словно искуситель, говорил Диофант.
— Сожрали мы барашка! — хмыкнул Морозов, — И где прикажете проводить жертвоприношение?
Древний полководец обиженно отшатнулся, подняв сноп искр, и на мгновение слился с чернотой ночных гор. Андрей оглянулся. Никого. И слава богам, богиням и божественным детям, а то сочтут, что американец прямо тут, на яйле Западно-Понтийских гор и подвинулся рассудком.
— Какие мы ранимые, — криво усмехнулся Морозов, — И какого же цвета кровь предпочитает их вампирское величество? У меня лично, алая!
Диофант опустился на бревно, откинул капюшон и задумчиво разгладил окладистую бороду. Варвар! И я должен терпеть выходки избранников царицы, которые даже не пытаются понять величие задуманного.
— Дракон-то не очень большой? — усмехнулся Андрей, обреченно махнул рукой и бросил в огонь пустую папиросную пачку, — Дальше что? Кого будем резать? Тьфу! Ну, Антон Васильевич, удружили! Найди мне, стратег, сякого такого комиссарика и я зарежу сатанинское отродье на любом алтаре!
Диофант презрительно скривился, отодвинулся от огня и накинул капюшон, совершенно скрыв лицо. Странные нравы у этих скифов! Бери любого и режь, не спрашивая о благодарности, лишь бы Дева осталась довольна! Забыто, совсем забыто искусство общения с богами!
